Самоходка по прозвищу «Сука». Прямой наводкой по врагу!

Большинство из них плющились, рикошетили, но несколько бронебойных просадили тонкую броню, что-то повредили в карбюраторном, легко воспламеняющемся двигателе. Оба танкиста были вынуждены прекратить огонь и срочно гасить дымившийся двигатель.

Фельдфебель и один из уцелевших солдат открыли огонь по десантникам. Заставили их залечь, кого-то убили, ранили и побежали к мотоциклу, который прикрывал их пулеметными очередями. Их догонял огнеметчик с массивным ранцем за спиной.

Десантники, прижимаясь к амбару, сумели подстрелить огнеметчика (бак не взорвался) и достать пулями еще одного эсэсовца, который свалился с коляски набирающего ход мотоцикла.

«Шкоду» сгоряча забросали гранатами. Запоздало сообразив насчет трофеев, полезли в горящий кузов и, обжигаясь, стали выкидывать, что попалось под руки. Несколько мешков, солдатские ранцы, пару гусей со свернутыми шеями, что-то еще по мелочи.

Самоходки прочесывали хутор, настороженно ожидая засады. Возле одного из горящих домов увидели убитого мужчину лет пятидесяти, возле которого плакала жена. Двое подростков выгоняли из горящего двора овец и домашнюю птицу.

Хутор из семи-восьми домов и множества хозяйственных построек сжечь целиком немцы не успели. Горели всего два дома. Засады поблизости не обнаружили. Саня Зацепин, выскочив на окраину хутора, увидел два «цундаппа», уходящих по извилистой пыльной дороге. Отодвинув наводчика (в училище Зацепин считался хорошим стрелком), младший лейтенант выпустил вслед снаряд. Попасть в удаляющиеся на полном ходу мотоциклы было непросто.

Но второй снаряд вложил удачно. Он взорвался на твердом известняке немного левее. Сноп осколков ударил водителя.

Мотоцикл перевернулся и, расплющив коляску с пулеметчиком, застыл на обочине.

– Ну, лейтенант, крепко врезал, – одобрил действия молодого командира экипаж.

Разведчики сгоняли на своем М-72 к искореженному «цундаппу». Водитель был убит наповал. Пулеметчик со сломанными ногами и раздавленной грудью тяжело и хрипло дышал.

Из оружия достался лишь автомат с запасными магазинами и несколько гранат. Пулемет МГ-34 согнуло, он никуда не годился. Сняли часы, вытащили из багажника плащ-палатки, консервные банки, набор блестящих гаечных ключей и хороший ножной насос.

– Во, сволочи, умеют же делать, – рассматривал инструменты и насос мотоциклист с М-72.

Выпили ром из найденной фляжки, загрызая его галетами. Собираясь обратно, поглядели на полураздавленное тело пулеметчика.

– Чего смотришь? – спросил сержант разведчика помоложе. – Поджигай. Не оставлять же вражескую технику.

И, отвернувшись, пошел к своему мотоциклу.

– Что, вместе с фрицем поджигать? – почему-то шепотом спросил молодой.

– Можешь вытащить его из-под железяк.