Одержимая страстью

Неожиданно рыдания стихли, и Лейалана подняла заплаканное лицо.

— Но ты же говорил, что… — она не закончила речь, так как  Алей припал к ее губам нежным поцелуем.

— Я думал, что так ты будешь в большей безопасности, думал, что Принц не станет проявлять к тебе такую жестокость, если поймет, что ревновать тебя не к кому, ведь я с первых минут понял, как только увидел, как он смотрит на тебя, что Элат не отпустит тебя и не подпустит к тебе никого, — он сокрушенно качнул головой, — но и я не мог устоять и держаться от тебя подальше, ведь я люблю тебя, — снова мягкие губы касаются припухших от рыданий губ девушки. — Я так боюсь за тебя.

— Я хочу убежать, — прерывающимся голосом молвит девушка, но юноша отворачивается в сторону, прячет взгляд.

— Лейя, милая моя, — он притягивает к себе девушку, — это плохая идея, — его голос срывается на полуфразе. — Если Принц найдет нас, то уже не пощадит.

Девушка тут же вскидывается, пытается вырваться из объятий, но Алей держит крепко, не дает уйти.

— О чем ты говоришь? — обжигает она дыханием его кожу в области шеи. — Ведь ты мне сам это предлагал! Что, струсил теперь?

Лейя собирается силами, и ей все же удается высвободиться, она отсаживается от юноши и, уже не стесняясь своей наготы, размахивает руками в попытке доказать, что собеседник сейчас выглядит предателем и трусом, коих она не встречала на своем пути.

— Лейя, ты, видимо, действительно тогда очень сильно ударилась головой, — в голосе юноши появилось нетерпение, и он, поменяв положение, схватил девушку за предплечья и сильно встряхнул, отчего ее голова мотнулась из сторону в сторону.

Она уставилась на него расширенными от изумления глазами, и в них Алей мог даже увидеть свое отражение.

— Да уж, видимо, действительно трахнулась не по-детски, — голос девушки пропитан иронией. — Просвети, как это так, что здесь можно запросто изнасиловать невинную девушку и остаться  безнаказанным? Ее можно держать в рабстве и насильно склонять к близости? А завтра Принц придет с другом, и они будут иметь меня вдвоем.

Лейалана шипела так громко, что можно было бы и не стараться оставить разговор в тайне, его все равно услышат слуги и скорее всего передадут все Принцу.

Юноша смотрел на голубоглазую фурию, и ему становилось тоскливо на сердце от того, что это сокровище было вырвано из Священного Храма, и теперь вместо служения Императору ей придется ублажать каждого, на кого укажет перст Его Высочества. Как бы ни хотелось юноше скрыть правду от девушки об этом, но он считал, что лучше уж быть подготовленной к будущему, нежели жить в неведении и строить иллюзорные замки или предаваться мечтам о том, что она сможет сбежать.