Сердце Изнанки. Книга – 3

Вот плутовка…

— А откуда она… — начал было Петька, но я его перебил.

— Потом расскажу. Если заслужишь, — отрезал я. — А сейчас мне пора. Дим, — я бросил взгляд на брата, — я на тебя надеюсь. Приведи их в порядок, и в городе и в деревне такие шустрые пацаны нам пригодятся.

Дима кивнул, хотя было видно, что всё ещё был не до конца убеждён в правильности моей затеи с уличными мальцами. Ну и ладно, время покажет, кто был прав.

На приём к генералу Петрищеву я успел вовремя. Во всяком случае, гости ещё не собрались. Меня встретил горделивый дворецкий и проводил в гостиную, по дороге уточнив, как меня представить.

В гостиной уже был затоплен камин, на длинном столе расставлены различные угощения. Дом Петрищева был, конечно, не столь богат, как у того же Мартынова, но тоже соответствовал жилищу, которое должно быть у благородного человека.

Это был трехэтажный особняк с аккуратными ухоженными фасадами, небольшой территорией, где были высажены молодые дубки. Внутри же убранство было, хоть и по-военному лаконичным, но уютным и чистым — сразу было видно, что женская рука в доме присутствует. При этом рука твёрдая, способная поддерживать порядок не только в доме, но и в семье.

На стенах висели портреты предков — суровые мужчины в военных мундирах разных эпох смотрели с полотен так, будто оценивали каждого входящего: достоин ли тот переступать порог их дома. Аккуратно расставленные в застеклённых шкафах награды сверкали золотом и серебром. А на самом видном месте — коллекция холодного оружия, некоторые экземпляры явно не были просто декоративными трофеями, судя по следам на клинках.

Пока я рассматривал интерьер, дворецкий куда-то исчез, видимо, чтобы доложить о моём прибытии. Несколько минут я провёл в одиночестве, изучая развешанные на стенах карты каких-то военных кампаний, с аккуратно отмеченными флажками и значками перемещений войск.

В соседней комнате послышались шаги, и вскоре появился хозяин дома в сопровождении дворецкого.

— Барон Пылаев! — громко объявил дворецкий, когда вошел генерал.

— Ну, здравствуйте, молодой человек, — произнёс Петрищев.

Он был высок, худощав, с гордым орлиным носом и острым пронзительным взглядом зелёных глаз. Смотрел цепко и пронзительно, словно сканировал меня, выискивая слабые места.

— Так вот вы каков, Константин Пылаев, — произнёс он. — Ну и кашу же вы заварили. Аж до самого мэра дошли. Да и Горин уже про вас рассказывал, говорит, присмотреться к вам надобно. Даже переживания высказал — не устроите ли вы какую-нибудь диверсию или не попытаетесь ли организовать побег этому самому Медведеву?

Я едва не закашлялся при этих словах, а Петрищев, тем временем продолжил:

— Но я же понимаю, что Злобин всем верховодит, а он-то не стал бы так подставляться.