Шпион федерального значения
В любой стране…
И узнать, например, что чеченские партизаны готовят в России ряд террористических актов. И даже узнать имена тех, кто их готовит, узнать, где готовит, кто их субсидирует и где и как все это должно произойти.
И поделиться полученной информацией с русскими — ведь терроризм касается всех!.. Но поделиться лишь самой общей информацией, не вдаваясь в подробности, не называя имен и адресов, не расшифровывая место и время акций. Потому что всю информацию выдает только тупица. В политике, как в покере, самую сильную карту лучше оставить при себе, на конец игры.
— Не знаю, насколько вас это может заинтересовать, но считаю своим долгом сообщить, что нам стало известно, что террористы готовят серию взрывов, возможно, даже в Москве, — в частном порядке, во время очередного раута предупредил высокопоставленный работник МИДа США русского посла. — Надеюсь, теперь мои соотечественники не пострадают?
— Мы обязательно приставим к каждому вашему соотечественнику телохранителей, — пошутил посол.
— Лучше телохранительниц, — рассмеялся мидовский чиновник. — Тогда я обязательно приеду в Москву.
Посол не стал уточнять, из каких источников поступила информация, — он прекрасно понимал, из каких, — и не стал просить сказать ему больше того, что уже сказали, — все равно не скажут. Он поблагодарил своего коллегу и пошел пить с ним русскую водку, заедая ее русской икрой и рассказывая переведенные на английский русские анекдоты.
Но сразу же после раута сообщил в Москву об услышанном — о том, что американцам стало известно о готовящихся в России террористических актах…
Вот это, я понимаю, работа! Это не наши.
Впрочем, позвольте… А небоскребы?! Как же так?.. Почему (помня их же пословицу) — если они такие умные, они такие бедные? В смысле — несчастные? Как, обладая подобным разведывательным потенциалом, они могли допустить одиннадцатое сентября? Как сподобились проморгать столь масштабный террористический акт?
А кто сказал, что проморгали? При такой-то системе глобальной слежки? Ой, что-то не верится!.. Ведь то, что знают двое… А здесь знали не двое, знали десятки, если не сотни людей по всему свету.















