Шпион федерального значения

А если не получилось, если они промахнулись, то стая добивает неудачников, разрывая в клочья.

Абдулла — смог! И к нему потянулись.

Но не только потому, что зауважали, а потому, что запахло деньгами! Немаленькими.

На войне — как в бизнесе, деньги идут к удачливым и сильным. Потому что они как партнеры более привлекательны, чем невезучие слабаки. К ним будут обращаться потенциальные инвесторы. И тот, кто окажется в очереди к кассе за их спиной, тот сможет успеть урвать больший кусок. Так что успевай — шевелись!

А как иначе? Иначе — никак!.

. Миром правят страсти и деньги!

Страсть к войне требует особенно больших денег, потому что каждая жизнь, каждая капля пролитой солдатской крови оплачивается той или другой стороной. Ведь любой патрон, снаряд, сухарь из сухпая или ботинок не бесплатны. И если их не будет, то воевать придется в звериных шкурах с дубинками наперевес. И то их кто-то должен до этого выстругать!

Конечно, существует патриотизм… Но любая питающаяся одним только патриотизмом партизанская война неизбежно и очень быстро превращается в бандитизм, направленный против своего собственного населения.

Потому что сто сидящих в лесу мужиков хотят есть. Причем каждый день! И рано или поздно с голодухи придут в ближайшую населенку попросить Христа ради хлебушка. Раз их накормят. И второй раз тоже. А в третий пошлют подальше — туда, откуда они пришли, — потому что своих детей кормить нечем, а свои дети ближе каких-то там чужих прожорливых дядек!

Партизаны уйдут несолоно хлебавши, но вернутся, когда у них пупок к хребту прилипнет.

И уже не будут просить — будут требовать! И заберут овцу или корову. А что такое корова для ста оголодавших мужиков — так, червячка заморить. И через день-два они придут снова. И селяне, защищающие свой скот и амбары, встретят их неласково — встретят дрекольем. И кого-нибудь из народных защитников обязательно побьют и, может быть, даже забьют до смерти. Потому что когда кто-то, не спросясь, шарит в твоем амбаре, то это очень обидно. Селяне побьют воров, воры — селян. После чего осерчавшие партизаны церемониться перестанут, а станут ходить в чужие закрома, как к себе домой, выгребая все подряд. Ведь они защитники народа, а тот их кормить не желает!

И что останется селянам? Останется обращаться за помощью к силе, которая может защитить их от творимого беспредела. А такая сила есть только у оккупантов, у которых против ста голодных мужиков в лесу всегда найдется сто сытых и хорошо вооруженных солдат, которые, в отличие от баб и стариков, усмирят их в минуту.