След лисицы на камнях

Илюшин изменился в лице.

Белка залаяла, предупреждая о чужаках, и Худякова выпрямилась, поставила на садовый табурет банку с краской. Топали они от калитки, голубчики, хмурые, словно она их подвела или обманула. Хотя обещаний говорить им правду, видит бог, Нина не давала. Особенно мрачная рожа была у первого, Макара. Второй-то с такой физиономией по жизни ходит, а этот обычно все же повеселее глядит.

Она последний раз мазнула кистью по коре.

– Здравствуйте, Нина Ивановна, – сказал Илюшин.

– Да вроде здоровались уже, милый… Что-то вы грустные. Уезжаете?

– Остаемся, – пообещал Макар. – Нина Ивановна, ваш сын, Иван, когда в последний раз к вам приходил? Я имею в виду, сюда, в этот дом.

О как! Худякова шмыгнула, сняла с табурета банку и утвердила ее в земле под яблоней, плотно, чтобы не перевернулась. Села, руки сложила на груди.

– Быстро же вы разузнали, голубчики! – В голосе ее не звучало ни сожаления, ни злости. – Я думала, еще пара недель у меня в запасе имеется.

– И на что вы собирались их потратить?

– Да ни на что. – Старуха потерла нос. – Вон, яблони побелить. И лучку бы еще грядку-другую досадить.

– Лук в ноябре не сажают, – сказал Илюшин.

– Сажают, – буркнул Бабкин.

– Правда? – Макар удивленно посмотрел на него.

– Вот видишь, сколько ты у нас нового выяснил, – усмехнулась Худякова. – Прав твой друг, еще как сажают. Озимый лук называется. Вкуснющий – ух! Весной приедешь к нам, я тебя угощу.

– Боже меня упаси возвращаться сюда! – искренне сказал Макар.

– Нина Ивановна, когда Иван приходил?

Они не ожидали, что она ответит, но старуха задумалась, загибая пальцы.

– Апрель, май, июнь… В июне двенадцатого года Ванюша был здесь. У меня один из моих мужичков уже квартировал в то время, я сыну в сарае постелила.

– И долго он у вас оставался?

Худякова высоко подняла брови.

– Что ему тут делать? Переночевал и в бега пустился! Милые вы мои, его вся деревня знает в лицо! Сдали бы через пять минут. Была у меня мысль, не скрою, сделать для Ваньки что-то вроде схрона, но, во-первых, я такую работу в одиночку не осилю, а Ванька очень слабый был в то время. Во-вторых, у меня же мужички. Они сдадут еще быстрее наших. Благодарности от них ждать не приходится – вон хоть на Василия посмотрите. Нет, Ваня у меня остаться не мог.

Старуха безмятежно улыбнулась. «Вот же хладнокровная бабка, – с восхищением подумал Сергей. – Макара за нос водила, теперь нас обоих водит».

– Нина Ивановна, я с вами лукавить не буду, – сказал он. – В лесу на болоте мы нашли машину Веры Бакшаевой. Сейчас ее забрал следователь, но я не об этом… Когда мы шли, за нами следил человек. Я пытался его догнать и не смог.

Худякова слушала внимательно.