Следы Сиятельного. Книга вторая. Белоцветье (СИ)
После крещения, когда бог-покровитель будет выбран семя души меняет свою форму, неся отпечаток божества, которому служит.
- Ох, Лоан! Я совсем забыл о тебе.
- Здравствуйте, мистер Джа.
Дьякон не торопится, рассматривая меня противным самодовольным взглядом. Темноволосая малютка Зарра вертит головой, смотря внутреннее убранство церкви. Не смотря на то, что мы одногодки, она сильно ниже меня по росту.
- Сегодня вы оба станете слугой Великого! Посвещая ему свою веру и душу, истинно верующий ощутит благодать Его. Молитесь! Верьте! Просите о покровительстве Великого Ахенди!
- Да, мистер Джа! - радостно кивает Зарра.
Пусть дьякон и Зарра думают, что хотят. Со слов других школьников, уже известно, что нас выпустят из церкви только когда мы выберем бога покровителя и прочитаем ему первую молитву. На то, чтобы зерно души приняло форму, уходит от получаса до трех. Такой разброс по времени во многом зависит от того, насколько хорошо ребенок, проходящий крещение, умеет контролировать прану и ману. Абсолютное большинство людей способно чувствовать разницу в плотности маны вокруг, но не управлять ей.
Мы с Заррой начали молится. Дьякон решил дать последние наставления.
- Слушайте внимательно, дети Ахенди! Представьте, что вы собираете все свои силы у сердца. Ощутите благодать маны! Энергию жизни! Соедините все воедино, давая зерну веры взойти внутри вас!
Зарра, стоящая на коленях слева, начала молится вслух.
Ощутив душу, как запечатанный сосуд святой силы, я попытался направить в него ману, но ничего толком не изменилось.
Не знаю, что именно произошло, но Зарра неожиданно закричала и упала в обморок. Я отвлёкся, но дьякон спокойно махнул рукой.
- Не отвлекайся! Это дитя успешно справилось с первым шагом и теперь проходит крещение в обители богов.
Сейчас дьякону нет смысла врать. Надеюсь с Заррой все будет в порядке. Сдохну, но эта тварь в рясе мой крик ни за что не услышит!
Я вернулся к медитации, притворяясь что молча молюсь. Мистер Керл, наш новый преподаватель по управлению праной, описывал ее точь в точь, как тот жар, что я впервые испытал вися в предсмертном состояние на позорном столбе. Его слова подтвердили догадки о том, что именно прана спасла меня от яда.














