Союз будет жить

Верить бандиту… Но мы и не собирались ему верить. Вновь взяв дверной проем в каюте на прицел через иллюминатор, я крикнул:

– Выходи на корму, руки в гору, ствол брось перед собой, только дернись и пойдешь рыб кормить!

– Я иду, мужик, иду, не шмаляй, мне резона нет против тебя выступать. Все дохлые уже, а я не при делах, твоим ничего не делал!

– Выходи, мразь, хватит мне лапшу вешать! – зло огрызнулся я.

– Взял, – через несколько секунд услышал я громкий окрик Олега.

Я осторожно влез в каюту, так как хотел проверить, правду ли сказал последний оставшийся в живых бандит. Осторожно ступая, перешагнул через труп в дверях и остановился. По обеим сторонам от меня каюты, но как их проверить…

– Сань, ты где? – окликнул меня Олег, а затем раздался выстрел. Я стоял как вкопанный, не зная, что делать. Кто стрелял? Крикну – выдам себя, вдруг это в Олега стреляли. Держу пистолет у груди, готов стрелять на любой шорох.

– Блин, да куда ты провалился-то? – Совсем близко от входа в надстройку, послышался, наконец, голос моего охранника.

– Да тут я, чего стрелял?

– Так этого в озеро отправил, который вышел.

– А что так? – удивился я.

– А на фига он мне, я что, милиционер, дело на него заводить? Да и отписываться неохота. Не было его, да и все. Напавшие были нейтрализованы, а как, другой вопрос.

Вместе с Олегом мы проверили все каюты, заглянули в самые укромные уголки катера, но и так, уже сделав в голове подсчёты, я понимал, что живых тут, кроме нас троих, не осталось. Все трупы мы с удовольствием скинули в озеро, жаль, конечно, так загрязнять водоем, но, думаю, рыбки их быстренько скушают. Правда, под нами сейчас глубина охренеть какая, и есть ли тут рыба – еще вопрос. Не всегда поговорка о том, что рыбка ищет где глубже, работает. На глубинах в центре Байкала мало кто живет, я думаю. Вся рыба в основном пасется на глубинах до двадцати-тридцати метров, а это вблизи береговой линии, глубже – исключения. Чего рыбе там делать? Вся пища возле берегов, а летом, как сейчас, тем более, да и водичка там теплее, а значит, корма больше. Да и плевать на этих сраных бандитов, у меня вон, отходняк пошел, трясет как Тузика.

– Знаешь, в чем проблема? – сказал я через пару часов, когда мы немного прибрались на катере, убирая все следы пребывания на нем этого отребья, что кормит сейчас байкальских рыб, и уселись с Олегом на мостике, чтобы обсудить дальнейшие действия.

– Только не говори, что топлива нет? – нахмурился охранник.

– А его не могло хватить в оба конца, эти упыри же шли в один, – констатировал я. – Самое хреновое, что они заставили идти по прямой, и мы сейчас далеко от дома.

– Но Байкал ведь не круглый! До берега, если свернуть в сторону, должно быть ближе?

– Вопрос только, куда именно мы пойдем.