Обручимся? Влюблен без памяти

- Вас, думаю, можно, - смеется она, открывая дверь и любезно пропуская меня внутрь.

Отмахиваюсь от неприятных ассоциаций. Кого мне опасаться? Ирэн много лет не появлялась в жизни Арса и, надеюсь, не вернется никогда, ведь он сам умело справляется со своими демонами, преуспевая и в работе, и в семье.

Успешный бизнесмен, заботливый муж, идеальный отец. Правда, если ему придется выбирать, какая из социальных ролей важнее, он предпочтет быть папой. В Сашеньке Арсений души не чает, каждую свободную минуту посвящает ей.

Он помогал мне с первого дня, взял на себя все бессонные ночи, хотя в его ситуации это вредно, стойко перенес колики, зубы и прочие «сюрпризы» младенца, паниковал похлеще меня, когда кроха болела. Порой казалось, что декретный отпуск надо было брать ему, а не мне. Впрочем, я не смогла полностью бросить отель и моего несносного босса – из дома вела его дела и корректировала графики. Мы сработали как команда и в бизнесе, и в семье, поддерживая друг друга и вместе решая проблемы.

Я не ожидала, что Арс будет настолько внимательным родителем, помешанным на ребенке. Спустя столько лет не могу поверить, что когда-то в этом кабинете он отправил меня на аборт. А теперь здесь же раздается счастливый детский смех.

- Ну, папу-усь, не шеволись, - приказывает Сашенька, немного коверкая слова."

"Опираясь о косяк, я с улыбкой наблюдаю за ними. Забываю о работе, ставлю нервы на паузу и наслаждаюсь уютной домашней картиной. Сейчас я солидарна с мужем – пусть весь мир подождет.

Арс вальяжно восседает на диване, как в СПА-салоне, расслабленно откинувшись на спинку и довольно прикрыв глаза. На небритой щеке – наклейка с феями. Одной рукой он придерживает дочку, которая топчется по нему, как по бульвару в солнечный выходной, а второй - подает ей детскую сумочку с разноцветными резинками и прочими украшениями.

Сосредоточенно нахмурившись и надув губы, Саша гладит отца по голове, проводит кукольной расческой по волосам, и та застревает в жесткой шевелюре. Вокруг, как грибы после дождя, торчат крохотные кривые хвостики, а на висках – дочкины любимые заколки-бабочки. Для папы ей ничего не жалко.

- Кто здесь босс? – шутливо бросаю его любимую фразу, которой он изводил меня.

- Если ты не заметила, Булочка, дворцовый переворот произошел еще шесть лет назад, - блаженно бубнит, не открывая глаз. - Нас свергли. Да здравствует новая королева!

Улыбнувшись, он ловит Сашку двумя руками, прижимает к себе и расцеловывает ее румяные щечки. Малышка повисает на его шее, радостно визжит и неловко чмокает в ответ. Заливистый смех заполняет весь кабинет, ласкает слух и греет душу.

- Ар-рс? – вкрадчиво зову поплывшего от детской ласки мужа.