Спрингфилд [СИ]

Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и берегите свои телефоны.

— Снято, — сказал я.

Я стал пьяный и предложил посмотреть детские фотографии. Матвей сказал, что ему интересно. Я полез в шкаф, который стоял в гостинной и достал коробку.

Первым попался разноцветный конверт, где я совсем маленький. На снимках с цифрового фотика я в детском костюме на ее рабочем месте в администрации и подпись с другой стороны: «5.06.2002. Выборы 2002. Администрация. Андрей на мамином месте проводит агитацию за Уткина». Запахло копченой колбасой, черным хлебом, кофе и захотелось есть.

— Как же она хотела клона, — сказал Матвей.

— Да, все придумано заранее.

Потом мы смотрели, как она путешествует. Фотографий из наших совместных путешествий было не так уж много, потому что чаще она ездила одна. Но я видел, как Матвею нравится смотреть на Барселону, Нью-Йорк и все прочее.

— Был в Нью-Йорке? — спросил он.

— Нет, но хотел. Она хотела свозить.

— Она красивая, — говорил Матвей. — Такая… роскошная. У вас одно лицо.

— Говорил. Но оно мещанское. Обычные русские безродные лица.

Мне надоело смотреть альбом и я сказал:

— Твоя очередь показывать.

У Матвея не было никаких детских фоток и он показывал мне летсплей на ретровейв-игру в жанре боевика «Hotline Miami», но мне надоело и мы потрахались. Меня всегда очень заводило, когда он сосредоточенно сидел в компьютере. После секса Матвей прочертил у меня на животе острым карандашом «Пидор мечты». Я начертил на его спине «Гражданин Майями», сфоткал и переслал ему. Мы посмотрели экранную запись последних «Мстителей» и уснули.

На следующий день я проснулся от того, что Матвей кусал мою ногу. Я его оттолкнул и стал щекотать между яйцами и анусом. Он смеялся и пытался меня бить, но на мужчину это действует так же, как если кошку взять за загривок. Я назвал это «игра в пизденку». Мы наигрались и просто лежали. Я смотрел на алюминиевый крестик на груди Матвея и не мог понять, почему это так сексуально. А еще очень хотелось курить, но вставать было лень. Я лег на живот Матвея, а Мэт гладил меня по голове и больше мы ничего не делали.

— Да, — говорю. Мэт любил, когда я брил грудь и подмыхи. Я терпеть это не могу, но теперь мне особенно хотелось, чтобы ему нравился мой внешний вид.

— Я, слепышара, не заметил.

У меня зазвонил телефон.

— Тебе все утро звонят, — сказал Матвей.

— Это банк. По кредиту. Я не беру.

Он схватил мой телефон. Я пытался забрать его у Матвея, но он успел, прищуриваясь, включить громкую связь.

— Алло, — сказал Мэт нарочито суровым голосом.

— Здравствуйте. Андрей Игоревич?

— Вы являетесь клиентом нашего банка и у нас есть выгодное предложение.

— Вы попали в самарскую патриархию, пресс-служба.

Пока девушка на другом конце держала паузу, я зажимал свой рот, чтобы не смеяться.