Суженая мрака
Чем больше покоя в вашей душе и веры в окружающих, тем чище ваш собственный свет.
Пятеро эльфов, посмотрев на Келео несколько мгновений, совершенно неожиданно, почти одновременно выдохнули:
Лиир ткнул меня локтем в бок, я обернулась, а он поиграл бровями, откровенно намекая на мое восхищение черным драконом в детстве. Оно и сейчас никуда не делось, вон и Адара, до этого все время прятавшаяся за спиной Тайрена, с восторгом рассматривает мудрого преподавателя.
В следующий момент мы дружно ринулись выполнять задание – рисовать первичные пентаграммы.
– Вам, аго Алера, можно было не стараться. Вы, как бы это мягко сказать, слишком светлая.
Я вздрогнула, обернулась и увидела стоящего ко мне почти вплотную Келео.
Лицо темного мага словно окаменело, глаза полыхнули черным пламенем. Он смотрел сверху вниз, заложив руки за спину, желваки напряженно играли на скулах. Наконец маго снизошел до ответа:
– Истинно светлые не способны испытывать негативные эмоции высокого уровня. Это противоестественно для них. Все, что положительное: любовь, радость, счастье, сочувствие – гипертрофировано. Все, что отрицательное: ненависть, ярость, зависть – лишь в зачаточном состоянии.
Мне только и осталось вымученно улыбнуться:
– Спасибо, что сказали.
– Вам необходим очень сильный защитник, – неожиданно добавил маго Келео, при этом чуть склонил блондинистую голову к темному плечу и посмотрел с прищуром.
– О, с этим нет проблем, маго Келео, – вмешался Тайрен.
– И золотые тоже, – вклинился Лайн, дракон из Золотого клана.
– И багровые! – громыхнула мне в ухо Мира, вставая плечом к плечу.
Все непонятные обиды и сомнения исчезли при виде стольких защитников. Я хихикнула и пожала руку красноволосой драконице, Адара благодарно потрепала ее по плечу.
Келео не обратил на моих защитников внимания, даже глаз не скосил, так и смотрел на меня пристально, цепко, с непонятным неприятием.















