Суженая мрака

Здесь моя охрана, и сомневаюсь, что они позволят вам хоть шаг со мной пройтись, – сухо отказала я.

– Ну нет так нет, светлячок, – весело выдохнул третий и зачем-то кивнул подельнику у меня за спиной.

Уже через мгновение, пока я пыталась обернуться драконом, сверху мне на голову упала черная сеть. Трансформация прекратилась, лежа на земле, я ощущала, как бьется в черных тисках мой зверь на задворках сознания, и сама впадала в панику. Прервать оборот и запереть зверя может только магия…

– Дейтрини? – выдохнула я в ужасе.

Ответом послужила дружная кривая ухмылка. Еще я осознала и другую истину: дейтрини не бывают слабыми магами, а значит, эти, как и дан Келео утром, чем-то глушат свой уровень и ауру. Я открыла рот, чтобы заорать во все горло, но резкий пасс рукой одного из похитителей, в чем уже не сомневалась, – и я лишь еле слышно просипела. Паника накрыла сокрушительной волной, я рвалась из сетей, и у меня получилось выжечь светом в ней дыру. Жаль, выпустить зверя не получалось, но дядя Майдаш меня тоже не зря учил.

Кинувшегося на меня темного я уронила на землю, но второй гад навалился сверху. Не знаю, что бы дальше было, если бы не появление черного дракона.

Он возник из темноты словно призрак, с бледным лицом и серебристыми волосами. Я думала, черного в темноте не видно, но ошибалась. Стоило Келео увидеть, что происходит, а главное, меня в обрывках магической сети дейтрини, тьма в его глазах заполыхала черным пламенем. Это было настолько жутко и грандиозно, что на какой-то миг я забыла про свое бедственное положение.

Один взмах его руки – и сеть осыпалась пеплом, я оказалась на свободе, точнее, под знакомым черным защитным куполом. Дальше темные напали скопом на дракона. То, как и что они вытворяли, выдало весьма опытных и сильных проклятых магов. И все же в бою с Келео они – как щенки против матерого зверя.

Сидя на траве, прижав к груди коленки, забыв о том, что могу обернуться и улететь, я ошалело, во все глаза наблюдала за коротким боем. Лицо Келео исказилось. Если раньше переживала, что он испытывает ко мне ярость или злобу, то я ошиблась.

Снова! Именно в этот момент поняла, что значит истинная, безудержная ярость. Черты лица темного мага заострились, исказились без всякого оборота, почти все человеческое исчезло, клыки проявились сильнее, кожа покрылась черной чешуей, глаза вытянулись к вискам и полыхали страшным черным пламенем.

Воздух рассекали черные ленты, но не изучающие или ласковые, какими были со мной, – они, словно острый металл, резали дейтрини.