Суженая мрака
Точеные, можно сказать, образцово-мужественные черты лица, греховно чувственные губы, даже выпирающие клыки и то выглядят притягательно. Загнутые рога, длинный толстый хвост с кисточкой ходит из стороны в сторону, привлекая внимание, гипнотизируя, словно маятник. Распахнутая на широкой груди рубашка, заправленная в облегающие длинные стройные ноги кожаные черные брюки, широкий пояс с драгоценными камнями. И… гульфик, сильно выпирающий, буквально кричащий женским особям: «Ты только глянь, что у меня тут есть, тебе должно понравиться, честное-пречестное!»
Заложив большие пальцы рук за пояс, мужчина, наверняка разбудивший тайные фантазии студенток, разглядывал нас, а мы завороженно наблюдали за ним.
И опять-таки, так думала я, слушая восхищенные стоны девушек, мимо которых Ньем проходил, – «жертв» темного обаяния. Даже эльфы больше не кричали, что темные – зло. Маго Келео их отлично натренировал сдерживать свои эмоциональные порывы и нелюбовь к тьме. Вон стоят, кривятся и даже не торопят учителя начать урок.
Тем временем Ньем добрался до меня, весело подмигнул, отчего Лиир и Тайрен невольно оскалились, а затем торжественно произнес:
– Приветствую вас, жадные до знаний и просто любопытствующие аго, можете обращаться ко мне маго Ньем.
Его сильный, удивительно красивый, бархатный, почти ощутимо касающийся тела голос вызвал очередной возбужденный вздох девичьего восхищения. Зоуи подняла ладошку, чтобы обратиться, и, после кивка Ньема, выдохнула:
– Правда, что вы кинжал Халеи, маго Ньем?
Экзальтированные девицы восхищенно запищали.
– А правду говорят, что вас понизили в должности, поэтому вы теперь здесь служите? – «прощебетала» наша Мирочка с таким трепетом и придыханием, словно спрашивала о повышении.
Никак не могу привыкнуть к ее басу, который так «женственно» звучит.















