Суженая мрака

Майтея укоризненно покосилась на родственниц, прекращая их спор, а затем завершила рассказ:

– Так вот, Келео ее там встретил, когда занимался делами, вытащил из кошмарного места, но душа девушки уже была непоправимо истерзана тьмой извращенца демаи. Сын месяц пытался помочь ей прийти в себя, почти осушил свой резерв, чтобы Дайчи не чувствовала в нем тьмы, восстановилась не только физически, но и душой…

– Дайчи? – тихо спросила я.

– Так ее звали… в третий раз, – кивнула Майтея, затем продолжила: – Мы все пытались окружить ее нежностью и заботой, но она предпочла уйти в закат. Правда, перед этим буквально искупала моего сына, беззащитного, с нулевым резервом, в выбросе света. Чуть не сожгла! За пару дней до этого какой-то проклятый некромант дейтрини поднял нежить на границе с Халеей. Главы кланов прилетели к нам за помощью и увидели Дайчи. Естественно, ее, как положено, представили суженой наследника клана. Поэтому все знают, что у Келео есть суженая, а что с ней стало после – нет.

– Бедняжка, – горестно выдохнула я, вспоминая «отбивную» Василису.

За что же ее так наказали боги, ни в этом мире любви и покоя, ни в другом?

– Она была сильной духом, не сломилась и сохранила свой свет и душу, в отличие от других, – зло, но с каким-то не совсем нормальным восхищением и гордостью возразила Лешар.

– Скорее это ты подогревала ее безумие, ненависть ко всем темным, презрение к жизни с ними и величие света. Сама-то в жертвы не стремишься, а замученную демаи девчонку, растерянную и униженную, подтолкнула к краю… – злобно рыкнула драконица Ратша.

– Хватит гры… ссориться, даны, – рыкнул Дайрон, муж эльфийки. – Это дела давно минувших дней, теперь, хвала Небу, будет по-другому.

Я невольно посмотрела в лицо мужу и столкнулась с его та-аким горящим тьмой взглядом, голодным, жадным. Я кожей чувствовала, что он следил за мной во время рассказа о несчастной эльфийке Дайчи, за наверняка отражавшимися на моем лице эмоциями. Ну не умею я держать лицо.

– Ты действительно другая – моя! – хрипло, довольно выдохнул он, обводя пальцами мои скулы, подбородок, губы…

– Может, проявишь хоть немного учтивости и сначала накормишь суженую? – услышала я ехидное пожелание Онея, сопровождавшееся скрипучим смешком.

Вот что за неугомонный старикашка, но я была ему благодарна: к публичным нежностям и чувственному голоду в глазах мужа я еще не готова.

Келео насмешливо качнул головой, обменявшись с прапрадедом понимающими взглядами, но неожиданно досадливо сморщил хищный орлиный нос и повел к нашим местам. Похоже, «закуска» закончена, сейчас подадут главное «блюдо».