Суженая мрака

Наконец Келео тоже посмотрел прямо на меня, с любопытством выглянувшую из-за ноги Ньема, и я отважилась заглянуть ему в глаза. Ух! Они буквально поразили – насыщенно-черные настолько, что цвет радужки сливается со зрачком. А лицо… Теперь стало видно, что у темного гостя внешность не холеного аристократа, а хищника: сурового и мрачного. И главное, именно вокруг него клубилось больше всего черного дыма-тумана-тьмы, завораживая, привлекая, разжигая любопытство. Гипнотизируя! Призывая!..

– Алера! – услышала я взволнованный голос Хашера, когда каким-то невероятным образом оказалась рядом с креслом этого Келео.

Я опять отмахнулась, схватилась за подлокотник и, задрав голову, заглядывала то в одну, то в другую сторону, пытаясь найти источник «дыма». Я даже край его камзола приподняла, отчего он мягко усмехнулся и шепнул мне:

– У меня хвоста нет.

– Все в порядке, дан Хашер, девочка мне не мешает.

Я ощутила в нем дракона, но какого-то неправильного. Мрачного. Темного! И вместе с тем – нереально привлекательного! Именно рядом с ним я забыла про свою якобы взрослую личность, про братьев, судя по сопению, замерших в стороне и явно опасающихся приближаться к нам. Забыла и про окружающих, демаи и дядей. Меня привлекла загадка, что притаилась в черных, кажется, бездонных глазах этого незнакомого и необычного дракона.

Как назло, вновь дал о себе знать Древний дракон. Глядя на незнакомца, я ощущала грусть, сожаление, вину, которые он испытывал рядом с ним. И я не могла понять почему? За что?

– Келео, я смотрю, ты произвел неизгладимое впечатление на золотую малышку. Даже больше, чем мой хвост и рога, – усмехнулся Ньем, останавливаясь рядом с креслом, в его голосе была… ревность, едва уловимый намек, но все-таки.

Черный протянул мне широкую, светлую, но, как оказалось, крепкую и теплую ладонь. Я, не раздумывая, хоть и робко кивнув, уже через секунду восседала у него на коленях. Отчего-то возникло чувство, что я дома. Так было уютно, легко и странно тепло, но сейчас и так лето. Но именно в этот миг я поняла, что рядом с Ньемом замерзла, а оказавшись в объятиях Келео, – отогрелась! Вокруг нас закружили черные ленты, заставляя меня крутить головой и откровенно любоваться этим неожиданным представлением.

Я остановилась под внимательным взглядом Келео. И не удержалась от соблазна: оперлась о будто каменную мужскую грудь и, подавшись вперед, протянула ладонь к его лицу. И опять завороженно смотрела, как мои маленькие, детские пальчики осторожно касались гладкой светлой кожи, твердого подбородка, немного впалых щек и прямого носа с трепещущими крыльями. Темный не мешал мне его изучать, в черных глазах затаилась улыбка. Рядом с ним не было страшно, скорее невероятно интересно.