Такая Империя

Рука тут же скользнула в карман и он извлек из него камень бездны, который по незнанию хотел вставить себе в пустую глазницу, вместо глаза.

— А куда потом делся этот камень? — спросил парень, сжав в кулаке артефакт.

— Камень настолько сильно излучал бездну, что ни один маг света не мог вынести его зова. Роккоташ рвался наружу. Тогда начали искать того, кто сможет его донести до империи. Его нес я. — темный паладин достал из-за спины меч и развернул его плоской стороной к Маку. — Когда стало понятно, что я не слышу бездну, император приказал мастерам выковать для меня меч. В этом мече я и носил сущность Раккоташа. Пока в бою с одним некромантом, бездна не извратила посмертное проклятье. С того момента мое сердце не бьется.

Мак присмотрелся к мечу и обнаружил паз, который идеально подходил для сердца бездны.

— Получается, перед тем как тебя заковали в камень, у тебя забрали этот артефакт? — задумчиво спросил темный подмастерье.

— Не забрали, — покачал головой Чистейший. — Я его отдал.

Повисла небольшая пауза, во время которой Мак пытался поймать ускользающую мысль. Когда он умудрился поймать ее, то вскинул брови и полушепотом произнес:

— Ты знал, что тебя закуют в камень?

Арт молча кивнул и, убрав меч, опустился на стул.

— Ты знал, что тебя просто закуют в камень и не предпринял ничего? Ты ведь мог…

— Так решил мой наставник. Значит так было нужно. — покачал головой Арт. — Я был слишком опасен для всех. Для ордена и для империи. Другого выхода не было.

— Да любой темный маг мог…

— Я не позволил бы, — вскинулся Арт. — Лучше уж в камень, чем в прихвостни.

— А я? — тут же спросил Мак. — Я ведь тоже…

— Я тебе подчиняюсь, — возразил паладин. — Подчиняюсь как старшему офицеру в армии, но не как раб господину. С темными магами по-другому бы не получилось. Там либо раб, либо соперник.

Мак несколько секунд внимательно рассматривал меч, после чего задумчиво произнес:

— Странная история. В легендах приплетаются боги и ничего не говорится о Баритонии…

— То, что я тебе рассказал было официально версией в мое время.

— А как было на самом деле?

— А на самом деле все было намного сложнее… — ответил Арт и умолк.

В тот вечер он больше не проронил ни слова.

Мурано перехватил скальпель и подошел к окровавленному телу девушки. Та была распята на каменном столе, покрытым плотной вязью рун.

— Это действительно необычно, — пробормотал лич и перехватив инструмент на манер пера принялся вырезать на коже руну. — Настолько серьезная регенерация…

Лезвие скользило по коже предплечья, оставляя разрез. Тут же выступала кровь, но уже через три секунды она сворачивалась и прилипала плотной корочкой.