Такая Империя

— Тож когда было, — неуверенно повел плечами здоровяк. — Да и сгинул «Лютый древень». Ночью его в постели без глаз нашли, с горлом перерезанным.

— Древень меня тогда тоже живым оставил, — произнес сотник не отводя стального взора от медведя. — Тоже сказал — мальчишка.

— Это ты тогда Древня? — недоверчиво спросил здоровяк.

— Не хочешь повторить его судьбу — не оставляй тех, кто может отомстить. Мы тут не на кулаках бьемся. — процедил глава отряда и вырвал из рук воина топор.

Сделав шаг к парню он нанес несколько размашистых ударов по спине свернувшегося клубком мальчишке. И когда тот разогнулся от боли в спине, еще один точный удар, отделивший голову от тела. Подняв ее сотник приказал:

— Собираем головы и все, что есть ценного. То, на чем есть герб руками без ведьмы не трогать!

Северный олень отправился к телегам, но здоровяк остановил его в спину:

— Лютого Древня ты завалил? Так?

— Я, — повернулся к нему предводитель отряда и достал из под брони амулет в виде залитых в прозрачную смолу двух глаз. — Спросить за его смерть хочешь?

— Не, — мотнул головой воин. — Лютый он потому и лютый был. Больно уж злоба в нем кипела.

Сотник кивнул и продолжил путь, громко крикнув:

Несмотря на то, что деревня была небольшая — всего три десятка дворов, смотрелась она очень аккуратно. Ровные домики, выложенные из камня. Аккуратные ровные оградки, сделанные из камня. Наличники на окнах и красная черепица на каждом доме.

— Детей увели? — хмуро спросил староста, глядя на приближающийся отряд северян.

— Увели, — кивнул мужчина стоявший рядом. — Всех, кого могли — увели. Нас тут десяток остался.

— Хорошо, — кивнул староста и пригладил седые волосы на голове. — Если убьют, то хотя бы на родной земле…

Глава поселения стойко удерживал дрож, чтобы не показывать своего страха и спустя несколько минут оказался лицом к лицу с высоким мужчиной в легкой броне, державшего в руках лук с висящими на нем цветными ленточками.

— По имперски говорит кто-нибудь? — громко спросил он, оглядывая стоявших позади старосты мужиков.

— Я говорю, — кивнул староста, но даже не изобразил поклона.

— Сколько в деревне народу? — спросил незнакомец.

— Сейчас — десяток мужиков, — осторожно ответил седой мужчина.

— Мне сюда твоих баб с детьми из схрона в лесу притащить и начать считать, или ты сам мне ответишь? — с раздражением произнес воин.

— Так… сотни полторы. Две не наберется точно.

— Пиши — полторы сотни, — повернул голову Северный олень к волхву, державшему на руках большую книгу, а затем задал следующий вопрос: — Как деревня ваша называется?

— Белоречье, — произнес он по баритонски.

— Ну, так… Белая река выходит, — осторожно ответил староста.