Тень Миротворца

Меньше бы было проблем с адаптацией.

— Ну, во-первых, мы перебрасывали не тебя, а твой нейротрон. Для коротких отрезков от нескольких часов до двух-трёх суток это возможно без специальных настроек. Особенно если в тот же биологический носитель. А во-вторых, откуда ты знаешь, что твоё пятидесятилетнее с небольшим тело, выросшее не в самых плохих условиях, на хорошем питании и с багажом изменений, лучше тела двадцатитрёхлетнего сибирского охотника, с детства не чуравшегося крестьянского труда, с руками, одинаково привыкшими и лопате, и к ружью?

— Хм. Твоя правда.

Кстати, а пока я там буду таскать каштаны из огня для ваших Хранителей, что с моим-то телом станется? Мы оговаривали со Странником сроки около года. Вы что, заморозите моё тело?

— В этом не будет необходимости. Закапсулированное время в ограниченном объёме реальности, что была создана в зоне контроля аэропорта, прекрасно сохранит каждую молекулу твоего тела.

— Да? — скептически скривился я, — а вот если…

— Машина приехала, Гавр, — прервал меня бариста, — допивай кофе и дуй домой! Перед смертью не надышишься.

За окном и правда мелькнул свет фар.

Что ж, видимо, и правда пора.

Мы знаем, кто мы есть, но не знаем, кем мы можем быть.

Домчал меня Яндекс, несмотря на пятницу, лихо и с ветерком. Или мне, погружённому в глубокие раздумья о необычайном путешествии, дорога показалась короче по вполне известным причинам? Не знаю.

Судя по тёмным окнам квартиры, мои девчули всё ещё отрывались в мегамоле. Я наскоро сообразил быстрый ужин: яичница с колбасой и бакинские помидоры создают необычайно гармоничную ауру. Кофе и процедура по настройке нейротрона здорово раззадорили мой аппетит.

Быстро слопав горячую горку оранжево-розового великолепия, я соорудил себе пол-литровую кружку сладкого чая с лимоном и устроился с ней у компьютера. Понимая, что никаких предметов мне забрать с собой не удастся тем не менее порывшись у младшей в столе, извлёк обычную восемнадцатилистовую тетрадь в клетку. Память памятью, но как-то систематизировать знания всё же стоит. Некоторые фактические данные следовало обновить, а кое-что и переосмыслить заново.

Стоило открыть гугл и обратиться к поисковику, как меня начало постепенно, но неумолимо заваливать кучей нужных и ненужных подробностей.

Уже через час, когда в квартиру ввалилась троица дорогих моему сердцу дам, галдящих и роняющих пакеты с покупками, я готов был плюнуть на идею с историческим самообразованием и это дело на самотёк. Схватившись за факт приезда моих дорогих и любимых, как за соломинку, я отключил монитор и вышел встречать вернувшихся в коридор.

При виде дочерей и благоверной снова защемило сердце.

— Голодные? — спросил я, стараясь, чтобы голос не сильно дрожал.