Тление

На меня вдруг накатило смущение и стало как-то прохладно валяться с задранным до талии платьем. Он открыл наш канал метафизической связи и дал мне понять, как ему понравилось наше представление. Натэниэл был самым настоящим вуайеристом, и его воодушевление наполнило меня, так что я больше не чувствовала себя замерзшей и смущенной. Грэхем помог мне оправить платье и сесть. Прикасаться к нему и к Жан-Клоду, когда у меня в голове был Натэниэл — это походило на какие-то новые предварительные ласки. Благодаря этим ощущениям мой дискомфорт улетучился.

— Возьми меня за руку, и мы проверим, хватит ли этого, — сказал Жан-Клод.

Джейк вышел на сцену и коснулся обнаженной кожи на плече вампира, и в этот момент вспыхнула сила Жан-Клода.

— Добавь еще волков, — посоветовала я.

Они вышли на сцену вслед за Джейком — большинство в тренировочных костюмах, потому что помогали тестировать способности Эдуарда и Питера. На минуту я запаниковала, решив, что эти двое могут попытаться присоединиться к нам, чтобы помочь. Эдуард — это уже достаточно плохо, а уж Питера я тем более не хотела сегодня видеть в качестве зрителя.

— Я бы хотел пойти с тобой, но должен остаться здесь и контролировать толпу. Ступай, кормись и подари мне всю силу, которую сможешь набрать, чтобы мы очистили этих людей от чужой скверны, — Жан-Клод отпустил мою руку, и какое-то время я колебалась, но рядом оказался Натэниэл и сжал мою ладонь — это позволило мне вновь обрести твердую почву под ногами. Грэхем начал было отстраняться от меня, но Жан-Клод сказал:

Я оглянулась на людей в зале — они тихо сидели на своих местах и улыбались. Жан-Клод успокоил их разум, подкорректировал некоторые воспоминания, но, если он не найдет достаточно сил, чтобы спасти их от чужого вампира и того, что тот с ними провернул, все эти люди будут мертвы — они просто еще этого не знают.

Он, она или кто там вообще, взовет к ним посреди ночи, и они выйдут, как лунатики, не ведающие, что творят, и не способные протестовать, будучи просто едой. Если повезет, они переживут три ночи, и последний укус превратит их в вампиров. Обращение в вампира против воли по-прежнему квалифицируется, как убийство, или, как минимум, непредумышленное убийство. Если этим людям не повезет, вампир просто укокошит их или обратит в Ренфилдов — людей с одним-двумя укусами, которых он полностью контролирует. Некоторые из них получают обещание вечной жизни, а другие просто слишком слабы, чтобы сопротивляться ментальному контролю. Один Ренфлид оставил мне ожог на плече в форме креста, так что я выглядела, как вампир, который пережил нападение — это была пытка, которой я подверглась, пока мы ждали пробуждения его мастера на ночь.