Тление

Я не могла допустить, чтобы у нас произошло то же самое.

Я подумала о том, что она никак не могла учуять дым — ковер лишь чуть-чуть занялся огнем, но, может, ей показалось, что почуяла, потому что она увидела пламя, и дым пришел ей на ум ассоциативно. Память — штука забавная, она заполняет пробелы тем, что ты только предполагаешь, а не тем, что произошло в реальности.

— Вы заметили всполохи пламени в проеме под дверью? — спросила я.

— Нет, дверь сидит плотно, там нет проема.

— Что ж, полагаю, повезло, что пожар в Нью-Йорке засел к вам в голову, вот вы и ринулись к нужной двери, прямо в номер вампира.

— Об этом инциденте трубили по всем новостям, поэтому неудивительно, что вы, работая в отеле, прокручивали этот пожар у себя в голове.

Мона кивнула, но выглядела при этом озадаченно или еще как-то. Я не могла прочесть по выражению ее лица. Она в шоке? Такое бывает после того, как чрезвычайная ситуация уже сошла на нет, даже если ты сам в ней не пострадал. Ее должны были осмотреть. Кто-то же должен был это сделать.

— Вы сами не пострадали, не обожглись?

Она покачала головой, пялясь в одну точку перед собой, но я не думаю, что она видела там что-то сверхъестественное. Это просто было место, куда она смотрела, попутно переваривая произошедшее.

— Мона, вы в порядке? — я глянула в коридор, выискивая там других полисменов, чтобы ко мне подозвали Дольфа, но все они были слишком далеко — мне пришлось бы кричать, чтобы они подошли. Мне не хотелось подставлять Кей или объяснять кому-то, почему ей пришлось покинуть свой пост. У женщин может быть сестринство, даже если это женщины-копы, но я знала, насколько это трудно — быть одной из парней, когда биология постоянно напоминает тебе, что на самом деле это не так. Тяжелые месячные могли разрушить репутацию, даже если у Кей она была очень хорошей. Может, она будет находить тампоны на своем столе, в своем шкафчике, в служебной машине, и ей придется делать вид, что это ее не парит, потому что, если она покажет свои реальные чувства, шутка затянется навечно. Черт, да она в любом случае может затянуться навечно. Нет уж, лучше я постою здесь, в дверях, пока она не вернется, либо пока не появится кто-то старше меня по званию, а именно — Дольф. Будучи маршалом США, технически я не являлась звеном цепи местного подразделения правоохранительных органов. Маршалы — они вроде прапорщиков в армии. Ты знаешь, какое у нас звание, но не очень понимаешь, где именно наше место в структуре, и никогда не поймешь, кто может отдавать нам приказы, а кого мы имеем право игнорировать.

— Я думала, они начинают двигаться, если загорелись, — отстраненным голосом произнесла Мона — так, словно не собиралась говорить это вслух. Она явно проживала своего рода посттравматический шок.