Тление

Я кивнула и ответила:

— Все равно спасибо.

Родина оглянулась и сказала:

Она говорила достаточно тихо, чтобы ее не расслышали в толпе на границе того полукруга, который они с Ру образовали вокруг нас в качестве стены. Женщины вытащили свои телефоны и снимали то, как мы с Итаном обнимаемся. Им пришлось вырубить вспышки, потому что этого требовали развешенные повсюду знаки, так что фотки будут не самого лучшего качества. Ну круто, что тут скажешь.

— Позовите охрану и напомните им, что нельзя снимать наших исполнителей и членов их семей внутри клуба, — сказала я.

Ру хотел было найти кого-нибудь из охранников, но фигура в черной футболке уже отгоняла посетителей, попутно разъясняя, что, если они нарушат еще хоть одно правило клуба, их вышвырнут без компенсации.

У Базза по-прежнему были короткостриженые черные волосы и светлые глаза. Сложен он был как старомодный тягатель железа, и, казалось, футболка на нем лопнет, если он хорошенько напряжет свои мускулы. Он вампир, так что у него до конца вечности не будет необходимости поддерживать форму упражнениями.

— Прости, Анита, у меня на входе новые парни.

— Надеюсь, с дверями они справляются лучше, чем сейчас.

— Отчитаю их позже. Давай провожу тебя к столику, но мне придется раздобыть еще один стул. Я не ожидал, что вас будет четверо.

— Я могу постоять, — предложил Итан.

— Не, ты обзор спиной закроешь, — ответил Базз, ведя нас между маленькими столиками, которые заполняли помещение возле сцены, в сторону нашего, ну, вернее, моего, поскольку он всегда был зарезервирован для меня и моих телохранителей. Когда я была здесь в последний раз, со мной был Никки. Я вдруг почувствовала, что скучаю по нему.

Он так долго был моим главным телохранителем, что я привыкла к его обществу практически везде, и я была влюблена в него, так что это тоже считалось. Бесило, что из-за слухов пришлось от него отказаться.

Итан знал, что не стоит выдвигать для меня стул, но Ру еще этого не усвоил, поэтому у нас случился тот неловкий момент, когда я пыталась помочь ему подтолкнуть меня к столику, и провалилась в своих нелепых попытках. Мы, наконец, разобрались с этим делом, но лишь потому, что Ру был сильнее обычного человека, и мог просто придвинуть стул вместе со мной.

Мне никогда не удавалось понять, как вести себя грациозно, если мужчина пытается провернуть эту штуку со стулом, и уж если Жан-Клод не смог объяснить мне это, то никто не сможет.

Ру наклонился и шепнул:

— Я запомню, что не нужно пододвигать тебе стул.

Родина хотела сесть рядом со мной, но Итан пролез вперед и взялся за спинку стула. С минуту они пялились друг на друга, пока Ру занимал свободное место на дальнем стуле, оставив их разбираться между собой.