Точка Бифуркации #2

Тем не менее, вставать пришлось. Грубый и звонкий женский голос с коридора придавал ускорения всем без исключения, в том числе и мне.

— Этот? — указывая на меня кивком головы, произнесла высокая полная женщина, адресуя вопрос Антонине Сергеевне.

— Да. — коротко кивнула та.

— Разберёмся. — встав напротив и серьёзно меня оглядев, бросила Ангелина Юрьевна.

Я же осматривался по сторонам и морщил нос — вонь на этаже стояла ужасная. Да и заблёванные стены к утру выглядели не лучшим образом, как и мои сонные, помятые и бледные одноклассники.

— Остаёшься здесь на этаже и убираешь этот срач.

 — безапелляционным тоном заявила новая куратор, буравя меня взглядом. — Успеешь до обеда — будет тебе обед. Нет, значит останешься без еды и днём.

— Но это ведь несправедливо. — недовольно поджав губу, вяло возразил я.

— Кажется, я твоего мнения на этот счёт не спрашивала. — схватив меня своей громадной лапищей за грудки, процедила в лицо женщина. — И не дай бог тебе меня злить!

Преисполненная злостью Ангелина Юрьевна слегка покраснела, а от её тела стала исходить лёгкая чёрная дымка. Та ещё картина, честно говоря.

Рога приделать и точно демон!

На этот раз я решил благоразумно промолчать и уже через полминуты наблюдал спины одноклассников, отправляющихся на завтрак. А вот Антонина Сергеевна, заканчивавшая свою смену, домой уходить не торопилась, в следствие чего мы остались с ней на этаже вдвоём.

— Держи. Воду у себя наберёшь. — вытаскивая из служебного помещения ведро с тряпками, сказала она.

— Мне сказала не ябедничать, а сама вон, нажаловалась. — вспоминая вчерашние слова куратора, произнёс я и развернувшись на пятках вернулся в свою комнату.

— А ну стоять! — послышалось в спину, но я её вопли проигнорировал, благополучно закрыв перед лицом женщины дверь.

Откровенно говоря, я был удивлён, что она не скатывалась к физическому насилию и отчаянно старалась справиться иначе. Да, вчерашняя её попытка наказать меня руками моих соседей была достаточно спорной в исполнении, но тот ужас и испуг за своих воспитанников, который я увидел в глазах женщины минувшей ночью, оставлял надежду на то, что у неё таки есть сердце.

В моём случае становиться хорошеньким было уже поздно.

Напротив, план был дожимать кураторов чтобы те воспылав ко мне ненавистью, обрушили на меня все возможные кары. Это было не только любопытно с точки зрения «А что будет если?», но и должно было приблизить меня к тем местам, где нога обычного ученика не ступает.

Кали, кстати, уже пару раз ошивалась в столовой, но увидеть что-то подозрительное, ей пока что не удавалось. Ну а учитывая то, что компот, да и остальная еда, были нормальными, шансов на это было и вовсе ничтожно мало.

— Ваш завтрак, господин.