Томминокеры

В том числе тому же Дугану.

Бент задумчиво кивнул.

– Вся эта хрень – сплошное безумие. Даже от места происшествия можно с ума сойти. Хочу сказать, у меня голова кругом пошла. А у тебя?

– Может, из-за дыма… – с сомнением начал Джинглс.

– Да при чем здесь дым? Меня на улице повело.

– Эти куклы, Бент. Что они там делали?

– Вот и я тоже. Но это ведь ни в какие ворота не лезет. Ну допустим, кто-то ненавидел ее так сильно, что решился убить. Да не одну, а вместе со всеми куклами… Что думаешь?

– Это было бы странно, – ответил Бентон.

– Но так могло быть, – не унимался Джинглс, как будто его слова что-то подтверждали.

До его собеседника начало доходить: напарник пытается отыскать логику в безумии. И он посоветовал Джинглсу еще раз попробовать включить рацию.

На этот раз связь оказалась немного лучше, но по-прежнему было ничего не разобрать. Бент не мог припомнить случая, чтобы помехи от микроволновой тарелки в Трое распространялись так далеко.

По рассказам очевидцев, взрыв произошел в три ноль пять пополудни, плюс-минус полминуты.

Часы на ратуше пробили три, как обычно. А пять минут спустя: БА-БАХ! И вот теперь, затемно возвращаясь в Дерри, Бентон Родес не мог отделаться от настойчиво возникающей в голове картины, от которой мурашки бегали по всему телу. Стрелки часов на ратуше показывают четыре минуты четвертого. Знойный безветренный день в разгар июля. Горожане обедают в «Хейвен-ленче», толпятся «У Кудера», в «Джанкатории»; детишки катаются на качелях или вяло болтаются на турниках на спортплощадке у школы. Тучные дамы играют парами в теннис на корте; взгляд перебегает с одной стороны сетки на другую и обратно. Вот мячик медленно катится в дальний угол, а игроки ложатся на землю, прикрывая руками уши… и выжидают. Чего же? Взрыва.

Все в городе повалились наземь и ждут, когда БА-БАХ просверлит душный день подобно удару кувалды по наковальне…

Внезапно Бентона передернуло…

Молоденькие продавщицы «У Кудера». Покупатели между торговыми рядами. Посетители «Хейвен-ленча» – кто за столиком, кто у стойки.

В три ноль четыре пополудни они легли на землю, вся их чертова шайка. А в три ноль шесть встали и преспокойно вернулись к своим делам. Все, кроме нескольких Специально Назначенных Зевак. И Эллисона с Беррингером, тут же принявшихся заливать о случайном взрыве печи, которого не было; или будто им неизвестно, кто жертва, хотя черт их дери, если это так.

«Думаешь, горожане знали обо всем заранее? Ты же в это не веришь?»

Но в глубине души он верил.