Томминокеры

Впрочем, это-то было в порядке вещей: в городишках вроде Хейвена линии до сих пор крепились в основном на столбах, и время от времени связь летела ко всем чертям. Достаточно было порыва сильного ветра – и вы с вашим собеседником превращались в детишек с пустыми жестянками из-под томатного супа в руках, связанными вощеной нитью.

По крайней мере, одну фразу Батч припомнил в точности: «Лучше скажи ему, чтобы держался подальше». А потом, перед тем как связь вообще пропала, Рут, кажется, прибавила еще что-то – только представьте себе – про нейлоновые чулки. Впрочем, он мог не расслышать, но тон различил безошибочно.

В ее голосе было столько печали, столько усталости, словно невозможность найти пропавшего мальчика разбила сердце всеобщей любимицы. А спустя мгновение связь окончательно прервалась. Он даже не позаботился перезвонить, потому что уже сообщил Рут все, что знал по делу… Честно сказать, это были жалкие крохи.

А на другой день ее не стало.

«Лучше скажи ему, чтобы держался подальше». По крайней мере, в этих словах он не сомневался.

«Есть причины… считать, что меня там не ждут с распростертыми объятиями».

«Скажи, чтобы держался подальше».

«Пропаду, как Дэвид».

«Держался подальше».

«Или погибну, как Рут, в результате несчастного случая».

Дуган догнал старика на парковке.

Хиллман ездил на стареньком фиолетовом «валианте» с изъеденными ржавчиной боковыми крыльями. Уже открывая дверцу с водительской стороны, старик поднял взгляд и увидел нависшего над ним Дугана.

– Я завтра еду с вами.

Глаза Эва широко распахнулись.

– Вы даже не знаете, куда я собрался!

– Пусть. Зато будете на глазах, и вам не придется сжигать пол-леса восточного Мэна, чтобы передать мне послание, вообразив себя агентом ноль-ноль-семь.

Эв задумчиво посмотрел на него и покачал головой.

– Думаю, все вы знаете, – ответил Хиллман. – И то, что в Хейвене творятся странности. И то, – прибавил он с пугающей прозорливостью, – что с вашей близкой знакомой Рут в последнее время было не все в порядке.

Мужчины замерли, уставившись друг на друга, посередине мощеной парковки в казармах Дерри. Солнце било лучами с небес, и они отбрасывали четкие черные тени, какие бывают ровно в два часа дня.

– Сегодня вечером пущу слух, будто заболел, – наконец проговорил Дуган.

 – Подцепил кишечный грипп. У нас в казармах сейчас эпидемия. Что скажете?

Эв кивнул и даже слегка испугался: так резко у него вдруг отлегло от сердца. Оказывается, идея тайком вернуться в Хейвен страшила его гораздо сильнее, чем старик был готов признаться даже самому себе. По лицу здоровенного копа читалось, что Хиллман убедил его примерно наполовину. Может, это не так уж и много, но по сравнению с началом их разговора – огромный прогресс.