Томминокеры

Только в Хейвене, леди и джентльмены.

– Куда-то собрались? – с неожиданной резкостью поинтересовался Тремейн.

Гарденер подошел к автомобильной дорожке, где был припаркован пикап Бобби. Тут же стоял большой желтый «додж-челленджер» Тремейна. Гарденер обернулся. Заходящее солнце бросало на лицо паренька причудливые багряные тени, и он был похож на индейца в боевой раскраске. Гарденер мысленно попрощался с надеждой уехать. Этот подросток со скоростной машиной и плечами атлета здесь не для того, чтобы передать вернувшемуся в мир живых пропойце печальное известие.

«То есть я должен поверить, будто Бобби, пока ее партнер и помощник, пьяный в стельку, валяется на крыльце, отправилась одна в лес и копала там как одержимая, пока не довела себя до солнечного удара? Да что вы? Неплохая попытка.

Предполагалось, что она – на похоронах той женщины, Маккосланд. Она поехала в город, а я остался наедине с мыслями об увиденном в воскресенье. Как водится, приложился к бутылке, ибо это неизменно сопровождает мое мышление. Не исключено, конечно, что Бобби побывала на похоронах, вернулась сюда, сменила одежду и направилась работать, а потом ее хватил удар – да только неправда все это. У парня на лбу написано, что он врет. Как же чертовски здорово, что он не может читать мои мысли».

– Думаю, мисс Андерсон предпочла бы, чтобы вы остались здесь и продолжили раскопки, – нагло проговорил Бобби Тремейн.

– Ну, мы все так считаем.

Парень смутился. Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, – не ожидал, что питомец Бобби по-прежнему умеет кусаться. И вдруг в голову Гарду пришла еще одна мысль. Тремейн отличался завидной внешностью, недаром по нему сохла дочь Колсона. Было в нем что-то от Алекса Гордона или Берни Райтсона.

Плечи Геркулеса, мужественное привлекательное лицо с раздвоенным подбородком, мощная грудная клетка и узкая талия. Лишь впалый бесформенный рот портил впечатление. Гард понял, что у него выпадали зубы. У них у всех выпадали – кроме Гарда.

И зачем сопляк сюда нагрянул?

Сторожить меня. Задержать здесь любой ценой.

– Хорошо, я понял, – пробормотал Гард.

Тремейн расслабился.

– Вот и ладно, – примирительно произнес он.

– Пошли, что ли, в дом. Кофе выпьем, а то башка трещит. С утра двинемся по прохладе, – предложил Гард и взглянул на визитера в ожидании ответа.

 – Как я понял, ты ведь со мной пойдешь?

– Э-э… – Паренек замялся. – Да, сэр.

Гарденер кивнул. На миг в поле его зрения попал сарай, и в лучах заходящего солнца показалось, будто сквозь щели изнутри сочится изумрудный свет. Вновь ожили фрагменты недавнего сна: какие-то странные агрегаты неумолимо отбивают ритм в зеленом сиянии. Никогда прежде не доводилось ему видеть столь яркой иллюминации. Между прочим, молодчик опасливо отводил от сарая взгляд.