Томминокеры

Вдоль дороги валялись израсходованные «дюраселки», и отчего-то Гарду вспомнился трогательный паренек, которого он повстречал на пляже в Аркадия-Бич. Тот самый мальчишка с фейерверками, чья мать бросила пить… Он был неплохо наслышан о томминокерах.

– Валяй, попробуй. – Мосс передал ему прибор. – Вымотался я от этой работы. – Он перехватил взгляд Гарденера и добавил: – Считай, что сам тягаю. Для чего, думаешь, наушники? Попробуй, только вряд ли у тебя что-нибудь получится, ты ж не такой, как мы.

– Спасибо, что напомнил. Я, похоже, из вас единственный обойдусь без вставных зубов, когда мы покончим с этим делом.

Мосс кисло на него глянул и промолчал.

Гард стер с «пуговки» густой слой серы и вставил ее в ухо. Зашумело, будто в морской раковине. Подражая Моссу, он навел антенну и осторожно качнул ею. Звук прибоя сменил свой тембр. Насос сдвинулся с места – и это не было игрой воображения. Как вдруг из носа хлынула кровь, а в голове зарокотал голос. «Я застелю ковролином вашу комнату или весь дом за меньшие деньги! – орал в мегафон диктор, неведомым образом оказавшийся ровнехонько в центре гарденеровской головы.

– Боже! Заткнись! – заорал Гард. Отшвырнул рацию, схватился за голову. Наушник выскочил, вопль оборвался. Из носа текла кровь, в ушах стоял звон.

Фриман Мосс дико таращился на Гарденера.

– Это что такое было?

– Это – «ДаблЮЗОН», бангорская волна, – бессильно промямлил Гарденер. – «Там, где только рок-н-ролл. Музыка на любой вкус». Ты не против, я присяду? По-моему, я обоссался.

– У тебя кровь пошла из носа.

– Тонкое наблюдение, Шерлок, – буркнул Гард.

– Давай лучше я сам с подъемником поработаю.

Гард с радостью уступил. Остаток дня они переправляли оборудование к краю траншеи, и под конец Мосс так устал, что до грузовика его пришлось буквально тащить на себе.

– Как будто топором весь день махал и две поленницы нарубил. Даром что мозги не вытекли, – выдохнул Мосс.

После такого Гарденер мысленно попрощался с Моссом, но на следующее утро тот явился вновь. В семь утра как штык. Изменив на этот раз своему грузовику, он сидел за рулем старенького «понтиака» с раздвоенной решеткой. Помощник вылез из машины, покачивая на ходу обеденным ведерком, которое через раз ударялось об ногу.

Гарденер уважал Мосса больше, чем троих его предшественников, вместе взятых. Здоровяк ему по-своему нравился.

Когда они подошли к кораблю, с мокрыми от утренней росы штанинами, Мосс взглянул на Гарда и хмыкнул:

– А я все слышал. Ты тоже парень не промах.

На этом поток красноречия иссяк, и до самого вечера Фриман Мосс не проронил ни слова.

Они погрузили в траншею кучу шлангов, а остальные закрепили с обратной стороны.