Томминокеры

Разве что про возгорание.

В Хейвен так и не въехал ни один пожарный расчет. Ближе всех оказались бригады из Чайна-Лейкс и Вулиджа. Торгюсон взглянул на анемометр, висящий на стене, и тут же понял, в чем дело. Они пытались подойти с наветренной стороны. И если в Хейвене и окрестностях воздух действительно отравлен, то его сносило прямо на них.

Господи боже, а если это радиация?

Что ж, о такой радиации Торгюсон еще не слышал. Расчеты из Вулиджа доложили о стопроцентном отказе всех двигателей на подходе к границе Хейвена. Из Чайна-Лейкс выслали одну пожарную машину и одну автоцистерну. Машина не прошла, зато цистерна катилась как миленькая, водителю чудом удалось развернуться и выехать из опасной зоны, захватив и людей, которые набились в кабину, висли на бамперах, держались, распростершись на самой цистерне. Почти у всех текла кровь из носа, кое у кого сочилась из ушей, а у одного лопнул сосуд в глазу.

И у всех без исключения выпали зубы.

Так что ж это за радиация такая?

Доусон кинул взгляд на диспетчерскую: теперь мигали все сигнальные лампочки, на каждой линии его ждал вызов.

– Энди, ситуация ухудшается, я должен…

– Знаю, знаю, – прервал его Торгюсон, – идти и снова слушать этот бред. Мне надо позвонить генеральному прокурору Огасты и разговаривать уже с другими ненормальными. Джим Тирни – лучший прокурор из всех, кто служил в Мэне с тех пор, как я впервые надел эту форму, и знаешь, где он прохлаждается в этот веселый денек?

– Он в отпуске, – изрек Торгюсон, издав смешок, при данных обстоятельствах звучавший диковато. – Впервые ушел в отпуск за все время службы. Единственный человек в администрации, который мог бы понять, что здесь происходит, отдыхает с семейством в Юте. В Юте, черт бы ее побрал! Скажи, отлично?

– И что же там творится-то?

– Умер лесник из Ньюпорта, – неохотно проговорил Доусон.

– Что? Только не Генри! Господи!

Торгюсона будто ударили под дых. Он знал Эмберсона уже двадцать лет. Не сказать, чтобы они были закадычными друзьями, но любили перекинуться в картишки да порыбачить на блесну.

Господи, Генри! Генри Эмберсон. А Тирни пропадает в этой своей Юте.

– Он что, был в одном из тех джипов?

– Н-да. И у него в груди стоял кардиостимулятор, и…

– Ну что? Что? – Торгюсон сделал шаг вперед, словно собираясь схватить Смоки за грудки. – Не тяни!

– Водила, что сидел за рулем, вроде как сообщил третьему посту по радио, что у Эмберсона кардиостимулятор в груди взорвался.

– Пока еще точно не ясно, – поспешил добавить Доусон. – Ничего определенного. Следим за развитием ситуации.

– Как может взорваться кардиостимулятор? – тихо спросил Торгюсон.

– Это шутка, – ровно проговорил Торгюсон. – Это точно какая-то шутка, или розыгрыш, или радиошоу. «Война миров».