Укротитель Медузы горгоны

Василий отодвинул в сторону стакан, из которого пил какао.

– Я собираюсь домой.

– И мне туда же, – засмеялась я. – Подвезешь?

– А есть выбор? – вздохнул Базиль.

– Конечно, – подхватила я. – Если ты откровенно скажешь: «Степанида, мне не хочется транспортировать тебя к дому, мне не нравится тратить деньги на бензин для перевоза твоей личности», – я тебя пойму и отправлюсь на улицу в темноту, под дождь, ловить такси. Рано или поздно, скорее всего ближе к утру, мне удастся поймать машину с не совсем трезвым шофером-гастарбайтером. Он будет приставать ко мне, я тресну его по башке сумкой и сверну ему шею. На суде, будь другом, скажи, что я в принципе неплохой человек и редко нападаю на бомбил. Ладно, побежала ловить тачку…

Базиль кряхтя вылез из-за столика.

– Погоди, сейчас поедем.

– Спасибо, ты прелесть, – похвалила я Василия. – Пока дойдешь до двери, я успею купить себе слойку с яблоком.

– Ладно, – согласилась я, – прихвачу на твою долю.

– Возьми еще десяток для Алиски, – распорядился он.

Я пошла за слойками.

В день знакомства с Базилем он сообщил, что его любимая похожа на меня. Цитирую: «Она такая же худенькая». Поэтому, увидев через пару недель Василия с дородной девицей размера этак пятьдесят шестого, я решила, что это его коллега по работе или просто знакомая. Представьте мое удивление, когда сосед представил нас друг другу:

Хотя, если вспомнить, что сам Василий похож на гору Эверест, то для него Алиска – Дюймовочка…

Не успели мы с ним войти в дом, как Магда оглушительно залаяла, а с лестницы раздался голос Несси:

– Мы, ба, – отозвался внук. – Я и Степа.

– Деточка, иди сюда, я нашла очень странную вещь в горшке, – позвала Агнесса Эдуардовна.

– Где, бабуля? – поинтересовался Базиль, в трудом поднимаясь по ступенькам. – Не понял, о чем ты.

– Флешка, – с удивлением ответила я.

– Бусенька, это не емкость для жидкости, а носитель информации, – попытался просветить Агнессу внук.

– Как и куда она ее носит? – заморгала пенсионерка. – Не болтай глупости, слушай меня внимательно…

Несси разразилась длинным монологом, суть которого можно передать парой фраз. Она решила полить умирающий цветок, понесла его на кухню, уронила, горшок разбился, и из него выпала непонятная вещь, которую пожилая дама сначала приняла за футляр для пипетки.

– Тебе это нужно? – спросила меня Несси в конце повествования. – Или выкинуть? Слава богу, азалия цела и здорова, уже посажена в новый горшок.

Я взяла флешку, поблагодарила соседку, поднялась к себе и вставила носитель в гнездо ноутбука.

Сначала на экране появилось нечто черное. Затем я увидела текст, написанный от руки, и поняла: кто-то, скорее всего Розалия Марковна, перелистывал записную книжку и переснимал ее содержание.