Увидеть лицо

— Отдохни, здесь всетаки дамы, — дружелюбно сказал Жора, присаживаясь на корточки рядом с бортиком и наблюдая, как Петр собирает свои расплывшиеся вещи. — Ничего не сломал?

— Нормально! — буркнул водитель и вылез, ухватившись за протянутую ему руку Вершинина. Виталий не сделал попытки ему помочь — он стоял, скрестив руки на груди и задумчиво глядя перед собой.

— И давно ты здесь плещешься?

— Не знаю! — раздраженно буркнул Петр, машинально поглаживая пострадавшие ягодицы, обтянутые яркокрасными плавками. — Может час, может больше. Здесь здорово, я никогда в таком не… А в чем делото?

— Да ни в чем, — Виталий мрачно взглянул на груду вещей на бортике бассейна, вокруг которой быстро расползалась лужа.

Теперь никак нельзя было понять, действительно ли Петр пробыл здесь час или забежал за несколько минут до них, хотя… пол в холле ведь был сухим. Его взгляд упал на одну из рук водителя, массирующую ушибленное место, и на долю секунды в нем появилось недоумение, но тут же исчезло. — Ты пришел сюда прямо в куртке?

— Я не знал, что в куртке сюда нельзя! — отрезал водитель, растерянно глядя на свои мокрые вещи.

 — Черт, какая неприятность, я принес сюда и ботинки, чтобы потом помыть… правда, не в бассейне, как получилось. Меня теперь расстреляют?!

— А чего ты так всполошился? — Виталий криво улыбнулся и глянул на стул, задумчиво плывущий в дальний угол бассейна, воздев к стеклянному потолку все четыре ножки. Доставать его из воды, судя по всему, никто не собирался. — Нервный?

— Да! — Петр обвел всех мрачным, не лишенным враждебности взглядом. — Хотелось бы знать, у кого такое дурацкое чувство юмора?! Кто забрал чехлы с кресел моего автобуса?! И кто выключил фонари? Я шел обратно — чуть шею не сломал! Мы же договаривались, что фонари будут гореть всю ночь!

— А разве это сделал не ты? — осведомилась Ольга.

Петр фыркнул и открыл рот — очевидно для того, чтобы выдать очередной шедевр неформальной лексики, но тут же закрыл его и направился к шкафчику, сердито отпихивая со своего пути зеленые побеги и пышные соцветия.

— Конечно же я! Кто же еще?! Мне в кайф заниматься по ночам подобной фигней! Я всего лишь пошел проверить автобус! Я беспокоюсь за автобус! А потом, раз не спится, решил поплавать! Я никогда не был в таком крутом бассейне! Что в этом такого?! Нет, вы точно все шизанутые! Не забудьте утром вернуть чехлы на место! Пусть это и не тот автобус, на котором я выезжал, но это казенное имущество, и за него могут взыскать!

— А ты никого не видел, когда выходил? — в голосе Виталия послышались примирительные нотки, хотя выражение лица по-прежнему оставалось хмурым.

— Я и себя-то не видел! — рявкнул Петр, открывая дверцу шкафа. Виталий покачал головой и отвернулся.

— Пойду, отнесу фонарь.