Увидеть лицо

— Ага! Ты понял?! Ты почувствовал?!

— Жорка, я понимаю только одно — для чьейто галлюцинации ты слишком громоздок, и если вломишь…

— Дурак! Здесь все реальное! Все представления, желания становятся реальными! — Жора вцепился себе в волосы, мотая головой. — Ты представил себе груду ножей — и они здесь реальны! Ваза твоя здесь реальна, и если дать ею тебе же по башке, то она проломит тебе череп, и ты реально умрешь!

— Реально для вас, — уточнил Кривцов, нисколько не обидевшись. — А для себя я, возможно, очень болезненно проснусь — кто знает?!

— Господи, у меня сейчас мозги закипят от ваших разговоров! — с отчаяньем сказал Петр, вылавливая из пачки "беломорину".

— Так сходи, сунь бошку в бассейн и охолонись! — сердито посоветовал Олег, сбитый с темы. — Не мешай мне, черт подери! Я пытаюсь думать! Для меня это редкий и мучительный процесс!

Кристина, не сдержавшись, хихикнула, несмотря на охвативший ее какойто отрешенный ужас. Она все думала о пустом кресле. Неужели она на самом деле не существует?! Неужели она — чей-то миф, желание, просто ожившая мысль? Разве может быть такое?

— Прекратите грызню! Никто никому проламывать вазами черепа не будет! — авторитетно заявил Виталий, тут же заработав ехидный кривцовский взгляд.

— О, в дискуссию вступил предводитель! Это обещание, Виталя, или приказ?! Ты еще рыкни пожегловски: "Я сказал!"

— Жор, а чего ты так запаниковал? — Виталий не обратил на Олега никакого внимания. — Почему решил, что именно ты — Ольгина мечта? Может, как раз наоборот?

— Ну… не знаю, — голос Жоры дрогнул. — Ну… вообще-то она мне сразу понравилась. В моем вкусе. Снаружи, во всяком случае.

— Ну, так вот. Кстати, тыто уж в анатомии хорошо разбираешься?

— В принципе да, — Жора резко поднял голову и сверкнул глазами, раздувая широкие ноздри.

— Слушай, ну ты из крайности в крайность! — Виталий раздраженно махнул рукой. — Ты кто — практикующий патологоанатом?! При чем тут вскрытие?! В конце концов, это все только теории, Жорка! Теории!

— Все эти теории слишком начинают смахивать на аксиомы!

— Если уж так рассуждать, то можно подумать на любого из нас! — мрачно сказал Олег. — Конечно, на чьюто мечту я никак не претендую, а вот насчет страха или нехорошего воспоминания… Эй, может признаетесь, чей я?! Гады, уж если представили меня — так не могли представить без похмелья?! В автобусе часа три голова раскалывалась нафиг!

— А что же касается красивой мечты… — Петр украдкой взглянул на Марину, и следом за его взглядами повернулись все остальные головы, и Марина, почуяв неладное, охрипшим голосом спросила:

— А что это вы на меня так смотрите?

— Да так… — Олег прижал указательный палец к переносице и сдвинул брови.