Вафли по-шпионски

Хотя лучше бы ты сам… А писать-какать на травке куда приятнее, чем в лоток… Ууууу!

И кот, казалось, внял его речам. Он осторожно спрыгнул с лавки, принюхался и медленно куда-то побрел…

Марта наблюдала эту сцену, сидя на крылечке. И только диву давалась. Он будет прекрасным отцом, думала она. В нем такие неиссякаемые запасы нежности…

На другой день она рассказала об этом эпизоде Вике.

– Обалдеть! Кто бы мог подумать!

– Знаешь, в нем сочетается казалось бы не сочетаемое. Мне он иногда напоминает птенца…

– Ничего себе птенчик!

– Погоди, дай сказать… да, он как невылупившийся птенец. Если попытаться пробить скорлупу снаружи, он погибнет, надо дождаться, когда сам проклюнется… Понимаешь?

– А еще разве не проклюнулся?

– Нет. Иногда бывает вроде проклюнулся, а потом эта скорлупка опять затягивается. И он весь там, в этой своей скорлупе… И тогда я не лезу… Вижу, что он в таком состоянии, молчу, занимаюсь своими делами, а если мне надо уйти, записку ему пишу…

– А он не удивляется?

– Нет, по-моему, он понял, что я поняла…

– А тебе не страшно?

– Нет, совсем не страшно.

– И ты никогда не думала, а вдруг там, в этой скорлупе, вовсе не птенчик, а ядовитая змея?

– Нет! Точно не змея. Иногда я думаю, что птенчик этот раненый, больной… Но при этом я уверена, если что-то случится со мной, вот тогда он…

– Иными словами, это раненый орленок? И если что-то не дай бог с тобой, этот орленок всех заклюет?

– Именно! – рассмеялась Марта.

– Да, подруга, ты вляпалась по самые уши, никогда раньше я от тебя такой хрени не слышала. Только один совет! Никогда ему эту чушь малиновую не рассказывай, про птенчика… мужики этого терпеть не могут!

– А тебе не тяжело с ним?

– Скажи, а у него есть друзья, вообще какой-то круг?

– Нет, друзей нет. Да и круга в общем-то нет, только коллеги…

– Это плохо, неправильно!

– Вика, ну оттуда взяться друзьям при его-то биографии? Ну ничего, постепенно если не друзья, то какой-то круг появится…

– Марта, а ты в покер больше не играешь?

– Господи, чего? Боброва?

– Нет, мне в любви повезло… Боюсь проиграться.

– Ты в это все веришь?

– Да! И меня вообще не тянет к картам…

Они сидели в кафе, вдруг к ним подошла женщина, неприятная и неопрятная писательница, у которой была своя программа на радио. Марте всегда казалось, что она то ли пьяная, то ли обкурившаяся. Но она была достаточно известна в определенных кругах.

– Девочки, я присяду? – спросила она и, не дождавшись ответа, плюхнулась с ними рядом. – Как жизнь, девчонки?

– Лучше всех! – сказала Вика.

– И не стыдно? – воззрилась она на Марту.

– А чего мне стыдиться? – удивилась та.