Вакансия: жена. И ничего личного

Целовать, облизывать, покусывать, посасывать… Только просила еще и еще, слишком это было хорошо и невозможно сладко…

И даже оргазм в этот раз был не такой, как раньше – вместо быстрого, мощного, короткого взрыва, меня как будто медленно и неотвратимо затягивало в огромную воронку, болтало там на волнах удовольствия, поднимало и опускало, покачивало, лишая разума и сознания… Слава мягко ловил губами мои вздохи, придерживал за поясницу, не давая укатиться в сторону от окончательного, слишком острого кайфа…

Медленными, плавными, осторожными толчками наполнил, мучительно растягивал движения… Заставлял еще острее чувствовать, как снова подхожу к желанному краю…

Шептал какие-то смешные, милые глупости, называя своей девочкой, глупышкой, кудряшкой, милашкой… Терся небритой своей щекой и кололся щетинками вокруг губ, но уже не больно, а безумно приятно… Совсем не принц из сказки про любовь, зато такой настоящий, родной, земной, желанный…

Глаза закатились под веки, а рот распахнулся от крика – Слава внезапно усилил темп, задвигался с неожиданной, жадной мощью и скоростью, стиснул мои спину и плечи, прижался всем телом…

– Люблю тебя, Дашка! И только посмей сомневаться в этом! – Слова в его хриплом шепоте было крайне сложно разобрать, скорее – они угадывались.

У меня еще оставалось немного дыхания, чтобы слабо улыбнуться и переспросить:

– Найду, догоню, накажу! Поняла?!

Его лицо перекосило от еле сдерживаемого кайфа… И это было безумно красиво!

– Наказывай.

Утром на работу мы опоздали снова.

Пора было что-то делать с этой страстью Славы к упорным и настойчивым наказаниям. Дай волю – мы бы вообще не спали по ночам, но организмы наши сопротивлялись хозяевам, и уже ближе к восходу солнца отключались, обессиленные. Я даже не могла вспомнить, в какой момент уснула, и успела ли на секунду отлипнуть от Славика, или прямо в обнимку с ним и провалилась в сон…

Он мчался в офис, как угорелый – чуть не проворонил какую-то важную встречу, даже не поцеловал меня на прощание, выходя из лифта.

Ускакал вперед, оставив одну – брести по коридорам на еле гнущихся ногах и принимать поздравления от коллег. Ребята продолжали радоваться, как маленькие.