Вампир, я не твоя (СИ)

Мёртон, которому Дориан поручил охранять нас в ночное время, вернулся и отправился спать в дальнюю комнату. А мы с Ирмен остались за столом и проговорили почти до самого обеда. Целительница с интересом слушала мои рассказы о Земле, я же спрашивала о жизни в Вархилле.

Потом мы в четыре руки готовили обед. Причём не только для себя, но и для тех, кому целительница помогала. После скорой трапезы решили, что мне лучше не выделяться, поэтому я переоделась в один из нарядов Ирмен и уложила косу, как делали местные селянки.

В таком виде я и отправилась вместе с Ирмен по домам одиноких стариков, или тех, кто болел, или туда, где жили предоставленные сами себе дети вдов или вдовцов, пока единственный родитель работал.

Кого-то Ирмен лечила, кому-то просто приносила горшок с густой похлёбкой, кому-то помогала по дому или хозяйству. И я старалась работать с ней наравне.

От усталости вечером за ужином мы уже почти не разговаривали. А когда я разбирала вещи перед сном, и нашла кошелёк, набитый серебряным монетами, отнесла его Ирмен:

— Это вам от графа Грейворка, — отдала кошель целительнице, будучи уверенной: у этой женщины каждая монетка пойдёт на доброе дело.

И утопала спать. Уснула сразу, ночью никого и ничего не видела.

Следующий день оказался похожим на предыдущий, будто брат близнец, и прошёл намного быстрее, с одной разницей — каждую более-менее свободную минуту, каждую пару-тройку секунд, в которую я занималась монотонным трудом или шла куда-то без Ирмен, мысли возвращали меня в Синдурр.

В воспоминаниях чудеса сновидений казались реальностью, а создания, населяющие «проклятые» земли — необыкновенно прекрасными, совершенными в своей неидеальности, чешуйчатости или лохматости созданиями.

Когда мы вышли из замка, я поняла, что весенний луг казался зелёным лишь с высоты птичьего полёта. На самом деле в траве скрывались целые россыпи маленьких цветочков — белых звёздочек и колокольчиков, тонких веточек, состоящих из миниатюрных жёлтых пионов, ярко-розовых незабудок и гиацинтов. Прятались в траве и цветы лазурно-синих тонов, похожие на васильки, или на пушистые одуванчики, или на строгие каллы. И это только то, что я успела выхватить первым, поверхностным взглядом.

Потому что с первых минут моё внимание начали привлекать совсем иные существа. Началось всё с горгульи, которая внезапно свалилась на нас с неба.

— Не бойся, — Лиар хохотнул, когда на его выставленную в сторону руку приземлился ощерившийся зверь, похожий на огромную летучую мышь. — Горгульи только с виду ужасные, а так они милые, — опустив руку, он принялся гладить клыкастую зверушку по гладкой блестящей шерсти цвета тёмного шоколада.