Весь Чейз Джеймс Хэдли в одном томе

— Цегетти собирается открыть ресторан? Он сам вам это сказал?

— Интересно, интересно. А вы знаете, что Цегетти до недавнего времени работал официантом в третьеразрядной забегаловке с итальянской кухней, и у него никогда не было собственных денег?

Элен прикрыла глаза.

— Я ничего не знаю об этом человеке. Знаю только то, что он сказал моему мужу.

— Послушайте, миссис Крамер, в настоящий момент мы не имеем ничего против вас и вашего мужа. Ваш муж долгие годы был… ну, вы знаете, кем он был, но мы так и не смогли схватить его за руку. У меня есть подозрение, что он вновь принялся за старое.

Я надеюсь, что вы все же сможете убедить его отказаться от своей затеи. Иначе у него будут крупные неприятности. Это дружеское предупреждение: другого не будет. Понимаете? — Он повернулся к Харперу: — Пошли Том.

Когда они ушли, Элен закрыла руками лицо, и плечи ее затряслись от рыданий.

В то время, как инспектор Деннисон разговаривал с Элен, Джим Крамер прибыл на такси в отель «Эрроухид-Лейк». Это был роскошный спокойный отель, в котором останавливались богатые бездельники.

Он зарегистрировался под именем Эрнест Бендикс.

Еще на прошлой неделе он заказал номер с видом на озеро.

Крамер был весьма доволен собой. От двух агентов ФБР он избавился на удивление легко и надеялся, что Моэ проделал то же самое. Распаковав чемодан, вышел на балкон и, усевшись в плетеное кресло, закурил сигару.

Чуть позже семи часов он вернулся в гостиную и позвонил в таверну «Твин-крик», попросив позвать мистера Мариона — такое имя взял себе Цегетти.

Мужчины мило поболтали. Но если бы кто и подслушивал их разговор, то не понял бы ничего. А Крамер узнал: Крейны прибыли и пока все в порядке.

— Позвонишь мне завтра, когда вы благополучно доставите посылку, — сказал он и повесил трубку.

Некоторое время думал, не позвонить ли Элен, но потом решительно отбросил эту мысль. Он сказал ей, что едет в Нью-Йорк по делу, связанному со смертью Солли Лукаса, так что, возможно, несколько дней не сможет дать о себе знать. Его немного волновало состояние Элен — он понимал, что жена его не глупа и не верит в басни… Было опасно звонить ей. Элен могла проверить, откуда звонок, и тут же догадалась бы, что муж и не был в Нью-Йорке.

Он съел превосходный обед, доставленный слугой прямо в номер, а остаток вечера провел на балконе, выкурив несколько сигар, потягивая виски и время от времени бросая взгляды на толпу, фланирующую по набережной.

Крамер оставался в номере и в течение следующего утра, до тех пор, пока в одиннадцать ему не позвонил Моэ. Голос Моэ немного дрожал, и это не понравилось Крамеру.

— Мы взяли посылку, — сказал Моэ. — Но случилось непредвиденное.

— Где ты? — требовательно спросил Крамер.

— В «Лонг Пайн». Звоню из автомата.