Весь Чейз Джеймс Хэдли в одном томе

Петтерсон глянул в том направлении, куда указывал толстый короткий палец, и увидел непонятную штуку, которую передала ему Шейла.

— Компромат? — Петтерсон ничего не понимал. Но когда Кохан взял микрофончик, его вдруг прошиб холодный пот.

— Вот именно, — сказал Кохан. — Для чего это тебе?

— Не понимаю! Совершенно не понимаю, о чем ты говоришь!

— Так зачем эта штука лежит на твоем столе? — Кохан помахал микрофоном перед носом Петтерсона.

— Я не знаю, что это такое… Я… я нашел это на улице… и принес в банк.

Маленькие черные глазки Кохана подозрительно заблестели.

— Что-то я не слышал, чтобы подобные штуки валялись на улицах!

Краснея от своей лжи, Петтерсон сказал:

— Моя мать была очень суеверной женщиной.

Она говорила, что нельзя проходить мимо пуговиц, лежащих на земле. Она это часто повторяла, когда Я был ребенком. А ведь это наверняка пуговица.

— И ты утверждаешь, что действительно нашел эту игрушку на улице?

— Ну, я же сказал тебе! Но я не понимаю, к чему твои вопросы, Берни?

Напряженное выражение исчезло с лица Берни, и он хлопнул себя по жирным ляжкам.

— Друг, ты, разумеется, разбираешься в финансовых операциях и женщинах, но в других вещах совершеннейший профан! Тебя так легко обвести вокруг пальца! Так ты действительно не знаешь, что это такое?

Подозрение начало закрадываться в душу Петтерсона, и он лишь усилием воли подавил панику.

— Это очень высокочувствительный микрофон, применяемый для подслушивания разговоров. Он присасывается к любой гладкой поверхности и передает на записывающий магнитофон все разговоры в помещении. Кстати, магнитофон может находиться на расстоянии до полумили. Никаких проводов — это радиомикрофон. Одно из дьявольских порождений нашей индустрии.

Я часто встречался с такими игрушками. Я всегда тщательно осматриваю свой кабинет. Пойми, это Большое Ухо. Неужели ты никогда не сталкивался с подобными игрушками?

Петтерсон почувствовал, как у него сильно заколотилось сердце.

— Что ж, теперь ты это увидел. Убери это. Хотя в нашем разговоре нет никаких секретов, знай, что каждое слово из того, что мы здесь говорили, может быть записано на магнитофон.

Потрясенный, Петтерсон настолько побледнел, меняясь в лице, что Кохан почел за лучшее оставить его одного.

— Хорошо, Крис, до пятницы.

Кохан остановился у двери.

— Матерей, конечно, нужно слушаться, но я бы на твоем месте оставлял подобные пуговицы там, где они валяются.

Он вышел, закрыв за собой дверь.

Петтерсон был вынужден напрячь всю свою силу воли, чтобы сосредоточиться на работе. Он то и дело мысленно возвращался к микрофону, но его постоянно отвлекали телефонные звонки. Затем вошла Вера с документами, которые нуждались в его подписи, затем появилась миссис Лампсон и завела нудный разговор об акциях.