Вход не с той стороны

Связь с революционерами держал Исраэль, он же был резидентом. Для этого в тайнике его хижины была припрятана рация. Воспользоваться ею он должен был двадцать девятого числа в полдень, очевидно, к этому времени встреча уже должна была закончиться, и вопрос с Лимпо решен. Стало нам известно и о месте базирования двух повстанческих формирований, про остальные Исраэль не знал. Что ж, не знает он, так другие знают. А если знают они, то и мы будем знать. Я покосился на Курта, и мнение мое в этом вопросе еще более укрепилось.

Назревал вопрос, что делать с остальными лазутчиками, к тому же могло оказаться, что Исраэль не всех шпионов в городе знает. Могла быть еще парочка, присматривающая как раз за ним.

М-да… Все-таки мы поспешили его брать. Академиев, чай, гэбэшных не заканчивали, сплошная самодеятельность. К примеру, обнаружат они, что Исраэля нет, и поднимут панику. А брать их всех одновременно – так по всему городу пойдут слухи.

Немного подумав, мы решили все-таки шпионов брать. С операции мы можем и не вернуться, тогда агентура останется целой. А так хоть нарушим планы повстанцев и лишим их поддержки в городе. Да и самооборона с колониальной пехотой будут готовы к действиям по местам сосредоточения бандитов.

В общем, пришлось будить майора Мерфи, ван Рюйтера и Джозефа Окочукво. Лазутчиков взяли быстро и так же быстро же раскололи. Мы узнали много интересного, но провозились с этим почти всю ночь. Разъехались по домам, собрались и, едва первые лучи солнца показались над джунглями, уже летели в ветеране вьетнамской войны «Хьюи» навстречу рассвету.

Некоторый опыт имеет Герда, у меня с Ингой вообще никакого. И я, и она особенно умеем стрелять. Стрелять, но не воевать, а это большая разница. И джунгли раньше видели только по телевизору. Да, я теоретически много знаю про войну, но идти с этими знаниями, без опыта и практики, воевать – смешно. Но все-таки мы летим. Девушки, прислонившись к стеганой обшивке салона, дремлют, Томас с любопытством смотрит на пилотов, с выражением лица «…вах, шайтан, что делает…».

Его мы нарядили в камуфляж, ботинки и дали пулемет. Останется с нами, если что… а ему все равно. А мне не все равно, я погибать не собираюсь. Мне жить хочется, с Гердой, да и с Ингой тоже, если честно говорить.

Я как-то разговорился с одним ветераном в музее, спрашивал его про оружие в экспозиции, хотелось знать мнение человека, державшего его в руках. Петр Иванович много рассказывал, старикам всегда приятно, когда их слушают. Я поинтересовался, как это, когда тебя вот-вот должны убить и шансов выжить практически нет.

Он ответил просто. Знаешь, говорит, когда собаку боишься, она тебя обязательно укусит. Так, говорит, и старуха с косой. Улыбнись ей в лицо, и она, может быть, не возьмет тебя, оставит на следующий раз.