Вход не с той стороны

Но малюсенький кусочек шоколада, милостиво выделенный Гердой, все-таки попробовал. Шоколад как шоколад, правда горький и твердый как камень. Даже странно, что он не испортился. И колечко колбаски, запаянное в целлофан, на вид как свежее. И баночка паштета из индюшиной печени не вздулась. Чудеса, да и только. Правда, ящики упакованы на славу, да и в лодку доступа воздуха, скорей всего, почти не было. Но это все лирика. Где, мать вашу, оружие?

Долго таскали содержимое первого ящика наверх, разбогатев на два десятка коробок с разными пайками, походную мини-кухоньку с кое-какими припасами для приготовления пищи и контейнеры с личными вещами покойников. Но в них пока не лазили – было чем другим полезным заняться.

А потом взбрыкнула Герда и категорично потребовала похоронить погибший экипаж. В ультимативной форме, даже с настроем скандалить, если я откажусь.

– Давай… – я решил повода для скандала не давать, опять же, не дело мертвых без погребения оставлять.

– Не понимаю тебя… – личико Герды выглядело озадаченным.

– Что ты не понимаешь? – я все-таки распотрошил один из контейнеров с личными вещами и с диким удовлетворением увидел мужской несессер.

– Они же эсэсовцы? – эстонка ткнула рукой в лодку. – Ты должен их ненавидеть…

– Ну и что? К примеру, у меня прадед был белогвардейцем, воевал со своим дядей, который был комиссаром. А отец уже сражался с нацистами. Какие-то вы в своих Европах двинутые. Мертвые в любом случае должны быть похоронены. А кто они – так это совершенно неважно.

– Спасибо… – неожиданно поблагодарила эстонка и взяла в руки лежавший в контейнере пакет из плотной бумаги. – Смотри, здесь какие-то фотографии…

– Займись лучше делом… – я не договорил, так как эстонка, глянув на первый снимок, взволнованно вскрикнула и стала лихорадочно перебирать остальные.

– Что с ними не так?

Герда молча сунула мне фото, на котором был изображен статный мужичок в тирольской шляпе и ружьем за плечом. С небольшой профессорской бородкой и добродушным лицом. Рядом, приобняв его за талию, стояла симпатичная белокурая девушка, тоже в охотничьем облачении. Веселые счастливые лица, видно, что не притворяются, а радуются друг другу по-настоящему. Ну и?..

На мой молчаливый вопрос Герда коротко ответила:

– Мои бабушка и дедушка. У нас дома точно такая же фотография есть.

Что тут скажешь? Жизнь нам подкидывает удивительные ребусы, причем иногда сама же их и решает. Воистину, нереальное и реальность так переплетаются, что порой отличить одно от другого практически невозможно. Попробовал себя представить на месте Герды, не смог, а потом просто подобрал удобное место и стал молча копать могилу. Где-то через час эстонка присоединилась ко мне и тихонько сказала:

– Спасибо тебе, Максим.