Владычица Эббона

В чьих же карманах они тогда осели?

– Ни в чьих, – совсем уже побледнев, хрипит хозяин кабинета, занятого нами. – Есть артефакты, господин советник. Произошла какая-то ошибка, скорее всего. Был нарушен протокол расследования и заявление госпожи Бишли сыграло в этом деле решающую роль. Виновные будут наказаны. Я лично…

– Нет, лично я, – холодно улыбаюсь, с долей брезгливости рассматривая этого лысеющего и от страха потеющего пузанчика. И вот этот вот позор магического сословия главный жандарм города? Серьёзно? – Снимите с девушки кандалы немедленно. А дальше мы с вами более подробно пообщаемся о вверенном вам неизвестно за какие заслуги отделении жандармерии города Ладвика. И о том, насколько вы лично соответствуете должности его начальника.

Снимать с Линн кандалы Йоггель бросается лично. И даже догадывается извиниться перед заплаканной и ошарашенной девчонкой.

Как только лисичку освобождают, я киваю на неё своим телохранителям, чтобы те отвели бедняжку к уже ожидающим в коридоре Морту с Онорой. Ребята отвезут её в резиденцию и позаботятся, пока я буду другими делами заниматься.

Брун, сопровождаемый внимательным взглядом брата, тут же шагает к ошеломлённой Линн, неожиданно приобнимает её заботливо, опекающе даже, за плечи, и уводит прочь из кабинета.

Синн, выровнявшись, бросает короткий выразительный взгляд на жандармов, продолжающих стоять, как стояли, и те, сглотнув, тут же, чуть ли не пятясь по стеночке, исчезают из кабинета.

– Что ж, – мой глава Тайной канцелярии жёстко усмехается, глядя на Йоггеля. – Начнём.  

Спустя час с лишним городское отделение жандармерии уже не просто лихорадит, а трясёт и выворачивает… уволенными и даже арестованными за многочисленными должностные нарушения, как рядовыми жандармами, так и более значимыми чинами, начиная с самого начальника, который после разговора с советником Верром мертвенно-бледный и заикающийся сам отправляется в камеру, признав за собой и хищения, и взяточничество, и превышение полномочий, и ещё много чего. 

В какой-то момент Синн полностью перехватывает у меня инициативу в столь праведном деле, как чистка рядов блюстителей закона и порядка в городе, одновременно занимаясь организацией срочного пополнения поредевших рядов жандармов за счёт сознательных горожан, желающих нести службу закону и жителям Ладвика.

Но у меня никаких возражений по этому поводу не находится, всё-таки это его ведомство, моими же стараниями, к тому же он намного лучше в этом вопросе разбирается. Я же своё удовлетворение получила, наказав виновных. А теперь можно и в городское управление. Может слухов о моих утренних деяниях и моего зверского настроения хватит, чтобы распугать хотя бы часть желающих меня сегодня лицезреть.