Владычица Эббона

 

– Я тогда не знала, с кем общаюсь, в отличие от вас, – замечаю с ноткой сарказма.

–  Почему же? Вы общались с мужчиной, который искренне желал познакомиться ближе с понравившейся девушкой. Статусы тут ничего не меняют.

– В нашем случае это меняет многое, но спорить с вами мне совершенно не хочется, как и развивать сейчас эту тему. Извините, но я хочу услышать о договоре, – пытаюсь я вернуть разговор в нужное мне русло.

– Конечно, – примирительно усмехается император, хотя в глазах его я отчётливо вижу, что мой ответ ему не понравился. – Раз уж мой дорогой брат доверил мне такую важную миссию… Думаю, вам не надо рассказывать, что во времена нашего с Синнардом предка Маркуса Верра Верриды, как таковой ещё не было.

А были разрозненные княжества, которые постоянно воевали друг с другом. Наш предок задался целью объединить их все под своим правлением дабы прекратить многовековые кровопролитные войны, постоянно уносящие сотни жизней оборотней, магов и простых людей.

– Да. Об этом мне известно, – киваю я, оставив при себе мысли, что наверняка мотивы прославленного Маркуса не целиком и полностью были настолько благородны.

Ручаюсь, что не последнюю роль в его стремлении объединить под своей рукой всех оборотней сыграло и желание очень сильного вожака, подчинить себе всех, кто не способен с ним потягаться за власть.

– Но вряд ли вы где-либо встречали информацию, что во всём Маркуса поддерживала его супруга Эджит, дочь и наследница одного из князей-союзников, сильная тайра, которая наравне с супругом правила, воевала, участвовала во всех его замыслах и вдохновляла на новые. Они были истинной парой, двое, как одно нерушимое целое, – в голосе императора отчётливо слышится восхищение и даже нотка мечтательности.

О меня не укрывается, что пример этой пары для него играет очень большое, можно сказать сакральное, значение. И сразу вспоминается то, как он меня уговаривал посмотреть в источник. Я ведь так и не знаю, увидел ли он там свою истинную.

– И как с этой, без сомнения, достойной уважения парой связан мой предок Лотар? – интересуюсь тихо. 

И снова внимательный взгляд в мою сторону, словно в моём облике он ищет что-то. Не знаю, успешно ли. Да и не важно это это сейчас. Умехнувшись, император продолжает: 

– О, очень просто.

Отец Лотара в своё время не проявлял особой лояльности к Маркусу и вполне мог бы стать одним из тех, кто пытался воевать с ним. Если бы не тот факт, что его сын гостил у Маркуса в замке.

– Вы хотите сказать, он был заложником Маркуса? – удивлённо вскидываю я брови.

– Ну. Можно и так сказать, – нехотя соглашается Сандэр.

Угу-угу. Манипулятивное благородство Верров во всей красе.

– И как так получилось, что заложник стал побратимом? – с некоторым недоверием интересуюсь я.