Владычица Эббона

 

Тасгар, наконец-то получивший обратно свою хозяйку, уселся у моих ног и умостил мне на колено свою тяжёлую лобастую голову, жалобно посматривая на меня, словно желая утешить.

В гостиной, где мы все собрались, атмосфера царит настолько гнетущая, что даже дышать больно. Заплаканная Онора, с ногами забравшаяся в кресло, сидящий напротив неё бледный Гант, понуро смотрящий в пол, то и дело сжимающий огромные кулачищи. Хмурый Синн, застывший у окна. И Морт, зло меряющий комнату шагами, расхаживая передо мной, словно зверь в клетке, и изо всех сил демонстрируя несогласие с моим решением.

– Если ты нас отошлёшь обратно в Академию, это никак не изменит тот факт, что мы являемся твоими друзьями. Это ни для кого не секрет, Талли. Больше того, ты этим продемонстрируешь, что наши жизни для тебя действительно много значат. Так что мишенями для заговорщиков мы при этом быть не перестанем, – остановившись напротив меня, сообщает мне Морт. – Так что нечего своим приказом делать из нас трусов, бросивших свою королеву. Мы боевики, Талли. А боевики своих не бросают. И Дуан бы сказал точно то же, что и я тебе сейчас.

– Дуан мёртв, – безжизненным голосом напоминаю я другу. 

Он прав. Уже один тот факт, что они мои друзья, делает из них мишени, для моих врагов. И от этого становится ещё более горько.

– А ты сама? Ты бы вернулась в Академию на нашем месте? – тихо спрашивает Онора. – Ты взошла на трон, зная, что есть те, кто хочет твоей смерти. Ты поехала в эту поездку, чтобы выполнить свой долг, несмотря на то, что заговор против тебя до сих пор не раскрыт. Это тебя пытались убить, Талли. Притом, не первый раз уже. Ты рискуешь жизнью больше любого из нас.

– Это мой долг и моя судьба, которую я не выбирала, – произношу ровно. – Я приняла своё наследие и буду бороться за него до последнего. Вашими жизнями я рисковать не хочу!

– Морт прав, Талли. Мы боевики. И мы твои друзья. И быть рядом с тобой, поддерживая, не только как нашу королеву, но и как близкого друга, это наш выбор, – твёрдо смотря мне в глаза, заявляет Онора.

– Я ведь могу и приказать, – поведя раздражённо головой, сообщаю этой упёртой троице. Их доводы логичны, но… во мне сегодня слишком прочно поселился страх. За себя я не так боюсь, как за близких мне людей.

Что-то серьёзное и масштабное затевается в Эббоне, я чувствую это, знаю. И те, кто находится рядом со мной, первые попадают под удар.

Сжав челюсти, откидываюсь на спинку кресла смотря на друзей. В ответ получаю такие же твёрдые решительные взгляды. Даже Гант поднимает голову, чтобы уставиться на меня из-под густых бровей.

– Советник Верр, что вы посоветуете мне в этой ситуации? – поддавшись порыву, интересуюсь у Синна, который весь мой разговор с друзьями задумчиво молчал.