Волонтеры вечности

Голова шла кругом от всех этих безобразий, но голова и должна идти кругом, это ее основная обязанность!

— Так вы впилили? — робко осведомился Андэ, нерешительно улыбаясь левой половиной своего говорливого рта.

Корабль из Арвароха и другие неприятности

— Макс, в твоих руках судьба всех полицейских Ехо!

Улыбающийся до ушей Мелифаро удобно устроился на моем рабочем столе. Самопишущие таблички полетели на пол, пустая кружка мне на колени. Мелифаро и бровью не повел. Навис надо мною, драматически заламывая руки. Требовал внимания.

— С тех пор как у Бубуты закончились эти смешные курительные бревна, которые ты ему подарил, его нрав стал хуже прежнего!

— Это невозможно, — спокойно возразил я.

 — Хуже не бывает, возможности природы отнюдь не безграничны. Ребята просто успели забыть, каким был их шеф до того, как обожрался «Королем Банджи». А теперь генерал окончательно выздоровел, вот и все!

— Значит, у тебя больше нет этих бревнышек? — вздохнул Мелифаро. — Бедный Апурра!

— Сейчас нет. Но, если нужно, достану, не переживай. А кто такой этот Апурра?

— А, ты же его еще не знаешь! Лейтенант Апурра Блакки, он появился в полиции после смерти Шихолы.

Не менее толковый и почти такой же симпатичный, тебе понравится… А какая барышня завелась в Городской полиции! Леди Кекки Туотли. Мало того что умница редкостная, хоть к нам переманивай, так еще и настоящая светская дама, ледяная и неприступная. Бубута при ней почти не ругается, представляешь?

— Представляю! — усмехнулся я. — Если ты помнишь, однажды я наблюдал его в домашней обстановке…

— А вот типа, который заменил Камши, тебе лучше вовсе не видеть. Ты его сразу убьешь! — мечтательно улыбнулся Мелифаро.

— Почему? — изумился я. — Что, такая сволочь?

— Ну, не то чтобы сволочь. Скорее, просто дурак. И шуток лейтенант Чекта Жах не понимает напрочь. Кроме своих собственных, каковые отвратительны, но, к счастью, немногочисленны… Очень серьезный парень. И очень мускулистый. Настоящий герой. Подозреваю, что ты таких терпеть не можешь.

— А-а… Да нет, я всех терплю, если терпеть приходится не очень долго! — Я пожал плечами и в очередной раз удивился: — Ужас, всего-то год прошел, а все так изменилось!

— Год и сорок восемь дней, — поправил меня Мелифаро.

 — Можешь себе представить, все время, пока тебя не было, мы делали зарубки на столе в Зале Общей Работы, дни считали!

— С ума сойти! — восхитился я. — Считали?! Ну вы даете!

— Конечно! Это были самые светлые и спокойные дни в нашей жизни. Человек имеет право знать, как долго он был счастлив!

— Еще бы!.. Ладно, побудь счастливым еще пару часов. Между прочим, сейчас полдень, а мне положено работать ночью, так что я пошел.

— Куда это ты пошел? — огорчился Мелифаро.