Волонтеры вечности

 — Меламори обернулась к лесничему. — Знаете этот вход?

— Какой, этот? Да, конечно… Я все входы знаю.

— Идем, — кивнул я. — Меламори, ты впереди, я за тобой, а вы, сэр Цвахта, идите за мной и следите, чтобы я не потерялся.

— Интересно, как это ты можешь потеряться? — усмехнулась Меламори.

— Видишь ли, я не уверен, что умею ориентироваться в темноте. Так что лучшего кавалера для такой прогулки ты просто не могла найти!

— Ну и шуточки у тебя!

Меламори решительно полезла в нору, а я последовал за ней, не вдаваясь в дальнейшие объяснения насчет своих так называемых «шуточек».

Шумное дыхание за спиной свидетельствовало о том, что нашему молчаливому проводнику пока не пришло в голову срочно отправиться домой и выпить кружечку камры…

Передвижение на четвереньках по узкому подземному проходу стимулирует воображение. Мне пришло в голову, что мы с Меламори спустились чуть ли не в Аид. В поисках покойника, между прочим. «Оставь надежду, всяк сюда входящий», вот именно!

Я не удержался и украдкой оглянулся на нашего проводника. Его круглые глаза мерцали в темноте как два красных фонарика, лицо казалось старше и впечатляло куда больше, чем при нормальном освещении.

Я даже вздрогнул: на Вергилия этот дядя явно не походил.

— Вы — Харон, сэр Цвахта. Вылитый Харон! — невольно восхитился я.

Глупо, конечно, нагружать человеческое общение цитатами из чужой культуры, но я был на взводе. Не ведал, что мету.

— Почему вы меня так назвали, сэр Макс? — вежливо спросил лесничий.

— Потому, что ты ведешь нас в подземный мир!

А что еще я мог сказать?!

— А, понятно! — равнодушно согласился этот удивительный человек.

Я невольно улыбнулся. «Понятно» ему, видите ли!..

Проход между тем расширялся, так что можно было встать на ноги и выпрямиться.

— Дальше будет еще просторнее, — пообещал сэр Цвахта.

— Надеюсь! — проворчал я, пытаясь вытереть руки, которым не пошло на пользу начало нашей прогулки в царство Аида.

Странное дело: мне не составляло никакого труда следовать за Меламори, хотя в подземелье было совершенно темно. «Неужели я действительно вижу в темноте?» — изумлялся я. Было трудно понять, что происходит: с одной стороны, вроде бы, темень, хоть глаз выколи. С другой, темнота совершенно не мешала мне видеть то, что мне было нужно видеть…

Меламори тем временем молча топала вперед.

Я немного забеспокоился: у наших клиентов, наверняка, уже заготовлена парочка-другая приятных сюрпризов, которые могли бы помочь нам разнообразить вечер…

— Они близко, Меламори?

— Еще не очень. Но они стоят на месте. Уже никуда не идут, я это чувствую. Готовятся, наверное… А может быть, у Джифы все-таки ухудшилось самочувствие? Может быть, ему сейчас так же паршиво, как мне было утром? Хорошо бы!

— Будь осторожна, ладно? — попросил я.