Выстрел, который снес крышу

Я с ним потом познакомился, а так с ней все дела имел. Короче, Горухан ей поперек горла встал.

– Ну… Она предложила мне Горухана убрать. Но я отказался!

– Сначала отказался, потом согласился. Не хочу больше патроны вхолостую тратить. Сейчас башку тебе снесу!

– Не надо! – Зубр в ужасе вжал голову в плечи.

– Кто в Горухана стрелял?

– Не я! Честное слово, не я! Я только место показал, где можно его подстрелить. Где и когда.

– Я жить хотел. С Ленкой жить хотел, понимаешь?

– Я спрашиваю, кто в Горухана стрелял?

– Это Эльвира все. Клоун там какой-то был, он стрелял. Это ее клоун.

– Горухана тогда только ранили. Почему он на дно после этого лег?

– Я ему посоветовал. Чтобы шума не было.

– И ты же его добил, да?

– Нет, сам загнулся, честное слово.

– Чмо ты. Какое же ты чмо! – брезгливо скривился Торопов.

– Да это все из-за бабы, как ты не понимаешь? – жалко возмутился Зубр.

– Из-за бабы. А кто бабу твою со свету сжил. Ты?

– Я?! Нет! Это все… Я знаю, про какого адвоката ты говорил! И знаю, кого она защищает! Козьмин его фамилия! Козел вонючий! Он ее сделал!

– Ты жил с Корчиной?

– Да. То есть не совсем… Я в Таиланде зависал, когда все случилось. Мне отсидеться нужно было после произошедшего. Возвращаюсь и узнаю, что Ленки нет. Оказывается, она со своим бывшим женихом сошлась.

– В ночь убийства этот бывший жених с Эльвирой был. Но Эльвира это отрицает.

– Это он так говорит. Чтобы отмазаться. Но я-то знаю, чья это работа…

– Да, но Эльвира больше всех заинтересована была в ее смерти.

– Зачем ей это? Ведь Ленка ей все отдала. Ну, почти все. А Эльвира, да, она еще та сука!

– Кому «Седьмая эра» после Горухана отошла?

– Эльвира выкупила. Не сама, через подставных.

– Я людей своих дал. Мне же всем этим рулить.

– Теперь ты на коне. А в седло тебя Эльвира с Антоном посадили… Иуду посадили. Ты же их тоже предашь. Уже предаешь… Ты знал, что Эльвира голову мне морочит?

– Да, она говорила. Сказала, чем тебя грузить, если ты вдруг появишься. Ну, я прораба озадачил, он тебя потом и промыл.

– А общежитие почему сгорело?

– Фабричное. На Фабричной улице.

– Чего не знаю, того не знаю.

У Торопова еще много было вопросов к продажному Зубру, но в зеркале заднего вида его взгляд уловил подозрительное движение. К ним приближалась машина. Похоже, на джип «Чероки» старой модели.

Вернее, джип уже приблизился. Расстояние до него метров пятьдесят, но, видимо, сидевшие в нем люди сочли такую дистанцию оптимальной. Машина остановилась, из нее вышли двое в кожаных куртках и с автоматами.

Стрелять они начали сразу, однако Павла спасло то, что задние двери в машине были распахнуты настежь. Он вывалился из «Мерседеса», закатился за корягу, лежавшую вдоль дороги.

Хорошая коряга, толстая, в обхват рук толщиной, но трухлявая, пустая изнутри.