За горизонтом

 — Нет, не Квор! Не твой забитый служка, которого ты унижал своей гадкой жалостью! Все ныне изменилось! Теперь я — Кворкрих, глава Черного Круга! Я был владыкой и повелителем Могнака, пока Гангмар не принес тебя! Но и ты не сможешь… Не получишь!..

Вопя свои похвальбы и проклятия, Кворкрих поднялся на ноги — маленький, растрепанный, нелепый в своем гневе, но и внушающий при этом некий ужас. Он потрясал кулачком над головой и завывал, брызжа слюной. При этом он что-то делал другой рукой, словно вытряхивал какой-то маленький предмет из рукава в горсть — но на это никто не обратил внимание.

Маленький негодяй очень ловко разыгрывал порыв бессильного гнева, отвлекая внимание… А может, он и не играл, а совершенно искренне бесновался? Ведь в самом деле — если он был здесь главным, то сейчас на его глазах рушилось все, что он возводил сотни лет. Сотни лет — и все идет прахом в одночасье! Тут было, от чего обезуметь.

— Пока ты не объявился — я здесь был король и архиепископ, повелитель и владыка! Сотни магов и мертвых солдат повиновались мне! Ты хочешь разрушить мое царство?! Так получай!.

.

Выкрикнув это (мы все слушали, словно завороженные страстью в его неожиданно пронзительном голосе), старик приподнялся на цыпочки и швырнул в принца мощный заряд колдовского пламени. Никто не успел и дернуться — кроме Мертвеца. Тот прыгнул навстречу заряду магии и… Рухнул, сраженный… Гериан шагнул было вперед, занося свой огромный меч, но тут силы оставили его, он пошатнулся… Я же действовал машинально — левой рукой отодвинул Ннаонну, делая шаг вперед — и нанес удар Черной Молнией.

Так легко… Не издав больше ни звука, старикашка осел на пол грязной кучкой тряпья… Какой он маленький… Принц Гериан опустился на колени над Мертвецом — а тот, похоже, умирал…

— Я мечтал… чтобы… именно так, ваша… светлость… закончился ваш эксперимент.

— Котрем… Котрем, нет…

— Я долго ждал… — и все. Больше ни звука, ни движения.

По лицу принца скатились две слезы, прочерчивая темные дорожки в сплошной маске кирпичной пыли, покрывавшей его щеки.

Тишину прорезал голос Стера:

— Я, конечно, прошу прощения, но что мы, Гангмар возьми, здесь до сих пор делаем? Не пора ли уносить ноги?

От необходимости отвечать я, однако, был избавлен — в углу комнаты ослепительно сверкнуло, распахнулся черный провал прямоугольной формы и знакомый (ох, знакомый!) голос произнес:

— Пора, король-демон! Время отдавать долги!

Тоиль осмотрелся, сплошная стена конских задов и красно-желтых плащей впереди — это внушало уверенность.