За горизонтом

— Молчи, — буркнул Тоиль, — молчи, дурак… Не пугай, нельзя сейчас бояться. Если бы мы побежали — так и нас бы… Так же, как этих… Нельзя бояться.

— Это верно, — буркнул мужик постарше, — ежели бы и мы побегли, то и нас бы тоже… так… Спасли вы нас, господин сотник. От лютой смерти спасли… Век помнить буду, век Гилфинга-господа молить за вашу милость…

Мужик всхлипнул, размазывая одинокую слезу по бороде.

— Погоди благодарить, — не глядя в сторону бородатого, отозвался Тоиль, — еще дожить надо… Битва-то только началась…

И посмотрел в сторону линии повозок… А там творилось что-то невообразимое.

Остатки ополченцев укрылись за возами, а кавалеристы рыскали вокруг, грозя оружием и яростно рыча — словно псы, загнавшие кошку на дерево. То один, то другой в остервенении бросался на импровизированную стену, но горожане легко отбивались, а стрелки били в упор из луков — там и сям раздавались вопли пораженных стрелами. Кто-то из рыцарей пытался протиснуться между возами — их встречали красно-желтые конные гвардейцы… А на северной половине поля напрасно заливались рожки, призывая кавалеристов вернуться назад — вкусившие крови не желали отказываться от добычи, сантлакская конница кружила перед возами, истекая кровью, неся потери и топча своих же поверженных соратников…

Когда Ингви неожиданно для всех шагнул в прямоугольный черный провал в пространстве, повинуясь таинственному зову, никто не успел сообразить — что, собственно говоря, происходит.

С шорохом и пощелкиванием в углу раздался голос, открылся черный зев колдовского хода — и король-демон шагнул в него. Не оборачиваясь, не произнеся ни слова. И без малейших колебаний, как будто. Затем вновь что-то зашелестело — и черный прямоугольник свернулся, осыпался черными хлопьями, которые почти мгновенно истаяли…

Ннаонна поглядела на свои ладони, минуту назад лежавшие на плечах Ингви, затем перевела взгляд на своего «дедушку».

— А теперь-то чего делать будем? — Нарушил наконец молчание Стер.

— А чего делать, — отозвался Никлис, — ноги делать… отсюда… Эй, ваша милость принц великий, ты это… Слышь-ка… С нами или как?

Гериан все еще сидел на коленях над телом своего вассала. Услышав вопрос Никлиса, он глянул на вампирессу:

Ннаонна потупилась и обхватив себя руками зябко поежилась:

— Мы должны искать Ингви.

Словно в ответ на ее слова в углу что-то замерцало, словно черный свет излился из таинственного окошка и голос Ингви чуть слышно произнес:

— Прости, На… Я должен… Но я вернусь. — Длинная пауза. Окно уже начало блекнуть, когда вновь раздалось. — Я вернусь… Я обязательно вернусь… Домой…

Когда колдовское окошко исчезло окончательно, вновь на минуту воцарилась тишина. Затем Никлис заявил:

— Ну домой — так домой! Идем… это.