За горизонтом

Тогда ты возьми его меч, Эли, а я — кинжал…

Эти два величайших иерарха Мира говорили друг другу «Эли» и «Кени» — как звали когда-то в детстве, когда оба были маленькими принцами в бархатных штанишках, вечно изодранных на коленях… В те далекие дни они были просто родичами и товарищами в играх, не задумывавшимися о том, кому предстоит стать императором Великой империи, а кому — возглавить Святую Гилфингову церковь… Светлые счастливые времена давно минули — и они, два важных вельможи, обращались друг к другу на «вы», соблюдая положенные ритуалы и церемонии… До самого этого мига, когда, кажется, пришел срок умереть… Теперь они словно на миг вновь стали просто товарищами и родичами, объединенными кровью — той родственной кровью, кровью Фаларингов, что текла в их жилах и которую им предстояло пролить в этом кабинете… Вместе…

В горах сразу стало холоднее.

На первом же привале все, не сговариваясь, полезли во вьюки — доставать теплые плащи и куртки. Ингви запахнулся в свой видавший виды штопанный вылинявший плащ и ехал, расслаблено покачиваясь в седле в такт шагам лошади. От раздумий его отвлекли громкие голоса впереди, среди которых он узнал зычный рев Никлиса. Голова колонны остановилась…

Как-то само собой получилось, что возглавлял шествие «отряд Ворбья», затем — в середине колонны — двигались конники, в том числе и демон с Ннаонной, а уж замыкал вереницу путников отряд Ромперта. Естественно, что все неожиданности первым встречал сержант. Вот и сейчас он (с несколькими солдатами) приволок к начальству двух оборванцев. Двое мужчин средних лет, одетые в лохмотья, непрерывно кланялись и просили взять их с собой.

Они, по их словам, бежали из Болотного Края после того, как совершили преступление — «прибили стражника» и теперь им одна дорога — либо в солдаты, либо… В горах Страха вдвоем и без оружия долго не проживешь… Да и с оружием тоже…

Ингви обернулся к графу:

— Что скажете, сэр? Мы понесли потери, так может возьмем этих?.. Еще двое солдат…

— Возьмем? — поднял брови Гезнур, — я собирался приказать своему малому их прикончить. Наверняка ведь они все врут, что сбежали.

Я думаю, они — шпионы Лонервольта. А может, соглядатаи здешних разбойников — я слыхал, здесь водятся разбойники. К чему рисковать? Проще свернуть им шеи…

Анракский граф говорил нарочно громко, следя за выражением лиц пленников. «Малый», то есть палач и т. д. при этом приблизился и остановился рядом, демонстративно выражая своей позой и выражением лица ожидание.

Оборванцы, услышав слова графа, переглянулись, рухнули на колени и перебивая друг друга затараторили.