За горизонтом
— М-да? — недоуменно переспросил Ингви, озираясь кругом.
Никакого резкого перехода он не заметил. Да и плавного перехода — тоже. Горы не сменились равниной, просто стали более пологими, да травы на склонах прибавилось…
— Могнак — не равнина, — подтвердил граф Гезнур, — если вы ждете плоских просторов наподобие Ничейных Полей, то забудьте. Могнак — он весь такой. Холмики, долинки, озера…
Действительно, во многих долинах между гор с плоскими вершинами были небольшие озерца. Окруженные зарослями невысоких понурых деревьев, эти водоемы с их черной неподвижной поверхностью навевали печальные мысли о былом… О чем-то невозвратно ушедшем… Словно сама природа постаралась создать на месте некогда цветущего Могнака такой мрачновато-прекрасный памятник погубленной стране…
У одного из этих маленьких озер экспедиция остановилась на ночлег.
Внимательно приглядевшись к груде камней, уходившей в неподвижную воду озерка, он заметил, что камни, пожалуй, носят следы обработки. Вернувшись к костру он заявил:
— Посмотрите, господа, на те булыжники.
— Верно, — тут же подхватил Ромперт, — вон там еще такая же груда… И вон там… Значит я прав! Если здесь было поселение, то те перекаты, что мы миновали два часа назад, называются… э-э-э… горы Оморг. Вот… А здесь было поселение… Торвейн… или Торкейн… Проклятые чернила совсем выцвели, клянусь пяткой Гунгиллы!.. Наверное, Торкейн…
— Да бросьте, мастер, — отмахнулся Гезнур, — не все ли равно, как это место называлось в то время, когда оно еще как-то называлось. Если это ваш «Торкейн», значит отсюда нам нужно двигаться вот так — на юго-восток.
Граф прочертил по карте пальцем линию и принялся осторожно сворачивать ветхий лист… Несмотря на никчемность спора, он, похоже, был немного раздосадован тем, что оказался неправ…
Дойдя до поворота, Гимелиус потихоньку выглянул — никого не видать… Он осторожно потащил из раны стрелу — больно… Тогда маг, прошептав несколько заклинаний, сломал древко как можно ближе к ране. Затем — так же сломал вторую стрелу.

















