За горизонтом

Человечишка надувался от спеси и гордости, он явно упивался этим моментом, своей властью и страхом толпы… Солдаты в желто-красных имперских плащах, охранявшие ворота, подчинялись ничтожному человечку беспрекословно, но выглядели угрюмыми и растерянными. Гиптис догадался, что солдаты сами не понимают смысла происходящего, но если сержант велел исполнять приказы человечка в эстакском камзоле — что ж, на то и служба… Толпящиеся перед воротами купцы, крестьяне, странствующие проповедники, услыхав о том, что ворота не откроют, возмущенно зашумели — но все же начали расходиться… Пристроился к толпе и переодетый Изумруд.

У Синих ворот повторилась та же история — с единственным отличием: здесь распоряжался какой-то дворянин с пестрым гербом. Восточные ворота, Гевские ворота — везде невесть кем назначенные начальники сообщали, что сегодня выход из города запрещен…

Гиптис направился к Северным воротам, уже начиная обдумывать способ выбраться из города незаконным путем. У Северных ворот собралась порядочная толпа — колдуну показалось, что он различает знакомые лица людей, так же как и он бродящих от одних ворот к другим… Гиптис уже принялся было выбираться из толпы, чтобы поискать способ перебраться через стену, когда услышал грохот и скрип распахиваемых створок.

А у ворот уже суетились конные и пешие солдаты, расталкивая столпившихся людей и прокладывая коридор от ворот — к улице, что ведет в центр города. Маг прикинул, что здесь, у Северных, собралось не менее ста вооруженных людей — какой-то гевский отряд, сантлакские дворяне с оруженосцами, несколько гвардейцев… Вот ворота распахнулись и в проеме показались конники. С диким гамом и свистом вновь прибывшие пустили коней в толпу, которую так и не успели растолкать солдаты. Впереди вереницы всадников скакал совсем юный дворянин в красном и синем. Достигнув толпы, он с хохотом принялся стегать длинным бичом направо и налево. Люди в ужасе бросились врассыпную, образовалась давка, подоспевшие спутники юнца пустили коней прямо на столпившуюся перед воротами человеческую массу, давя и обывателей, и солдат… Последовал новый взрыв воплей, несколько наемников, которых едва не растоптал конем один из молодых буянов, схватились за оружие…

Изумруд наконец решился — и бросился к воротам, расталкивая и отпихивая людей, пытающихся убраться с площади в проулки.

Маг вовсю работал локтями, рыча заклинания. Несколько человек, сбитых его ударами, рухнули под ноги мятущейся массе. Каким-то чудом колдуну удалось протолкаться сквозь обезумевшую толпу… Вот и ворота.