Забракованная невеста (СИ)

Гнома это подзадорило:

— Поговорить с ней вежливо много раз пытались, но за это под арест не сажают! А если эта дура сама прыгает в чужие порталы и вмешивается в чужие свадьбы, то за это не нас, а ее арестовывать надо! — он сердито отмахнулся от дергавшего его за рукав товарища-тролля и с рыком продолжил: — Мы человечку вашу в глаза не видели, пока она тут самоуправство не устроила, задержав нас силой! Мы на нее жалобу в совет фей подадим!

От такого нахальства пани Варгуся за стойкой аж задохнулась, схватила свой черпак для молока и воинственно двинулась в сторону бузотера:

— Ах ты, отрыжка подгорная, да я тебя за нашу пани…

— Не тревожьтесь, пани Варгуся, не тратьте нервы на этого невоспитанного пана, — Даша остановила ее одним жестом, а гному подарила совершенно змеиную улыбку, прямо в лучших традициях дроувских матрон: — А откуда вы знаете про чужую свадьбу и про мои прыжки в чужие порталы? Получается, вы в курсе похищения пана Рэсалта и остальных планов заговорщиков?

— Да и вообще помолчал бы, — все-таки не выдержала Варгуся, которой не дали побить охальника черпаком и плюнуть ему в бороду.

 — Пани Дария — настоящая принцесса, не чета тебе, паразиту жадному!

— А это еще вопрос большой, кто тут принцесса, — гном сделал вид невинного мученика и нарочно звякнул кандалами, в которые его обрядили гвардейцы. — Человечка-однодневка или та, что от принца понесла. Как бы господам гвардейцам не пожалеть потом, что будущему императорскому тестю руки заламывают!

Даше снова стало нехорошо. Во-первых, от мысли, что же они там с Силем такое жуткое делали, что кто-то из толпы дур явно рассчитывал на ребенка.

Во-вторых, оттого, что ей это по-любому не светило — у нее стояла спираль, она как раз собиралась сходить к врачу и избавиться от нее, чтобы забеременеть, когда случилась эта некрасивая история с Костиком и Ленкой.

Собиралась… и не пошла. Так что у драных коз, которых натравили на принца, шанс был, а у Даши нет.

И неизвестно даже, плохо это или хорошо. Потому что слова гнома о том, что она человечка-однодневка, гвоздем засели в голове.

Ведь это правда, отрицать которую было бы глупо.

Может, не через десять лет, но через двадцать Даша превратится в отчаянно молодящуюся старуху. Стоило вспомнить хозяйку первого ресторана, где девушка работала еще до знакомства с Костиком, и тошнота подкатывала к горлу. Даме было хорошо за пятьдесят, у нее были деньги, три пластические операции за плечами, ежегодная липосакция и молодой муж — южанин с большими маслеными глазами в пушистых ресницах, жадный до хозяйских денег и похотливый, как сатир.