Забракованная невеста (СИ)

Правда, к середине напечатанной довольно крупным шрифтом сказки буквы снова стали расплываться, хотя она несколько раз сердито вытирала глаза и нос. Потом бросила и это занятие, и книгу, уткнулась в подушку и тихонько заплакала.

Ну почему?! Почему кому-то сразу три сказочных принца, один эльфее другого, неземная любовь, предназначение и королевство в придачу?

Я тоже хочу! Жениха-принца, бал, неземную любовь… хотя бы работу нормальную, черт побери!

Уже сквозь сон Даша услышала, как на кухне дзынькнул ноут, сигнализируя о том, что на почту пришло новое сообщение.

Самое первое, что она почувствовала, — это запах. Тяжелый, чуть горьковатый запах каких-то незнакомых благовоний. Потом пришли ощущения — теплый воздух, легкий сквозняк на обнаженной коже.

Ну да… из одежды на теле только две цепочки с крупными опалово-молочными каплями — одна на шее, так, чтоб камень лежал точно между грудей, вторая на поясе, и тяжелая прохладная капля ласкает гладко выбритый лобок при каждом движении. Кхм…

Темные, тяжелые даже на вид двери мягко уплыли в стороны, отразив напоследок причудливую игру огня в сложной полированной резьбе. Босые ноги уверенно, но медленно и плавно ступают по мягкому ворсу ковра, утопая в нем почти по щиколотку. В комнате колышущийся полумрак, он танцует и вьется, повинуясь пламени в светильниках, путаясь между остро изломанных паучьих лап. Светильники — пауки, как оригинально…

Огромная кровать в центре комнаты застелена шелковым черным бельем, и на ней уже кто-то лежит.

Мужчина. Голый, едва прикрытый мертвой лапой какой-то хищной кошки, пожертвовавшей своей шкурой, чтобы оттенить совершенную гладкость кожи. Изменчивый огонь бросает на него разноцветные блики, и не поймешь, то ли мужчина просто золотисто-смуглый, то ли антрацитово-черный до того, что в нем, как в полированном металле, отражается свет.

Даша делает еще шаг к кровати и с довольным смешком ловит настороженный и вместе с тем возбужденный взгляд нереально синих глаз. Или нереально фиолетовых? Какой странный цвет… завораживающий. Особенно в обрамлении серебристо-серых ресниц. И грива на фоне простыней такая же — ослепительно¬контрастная, с металлическим отблеском.

Каждый шаг отдается волной возбуждения, гладкий камешек ласкает кожу, а в глазах мужчины настороженность сменяется покорностью и восхищением. Даше нравится чувство обладания, хотя она еще даже не прикоснулась к обнаженному телу своего… любовника? Или пленника?

Шелк простыней скользит и приятно шуршит под коленом, цепочка чуть слышно звякает, когда Даша снимает это странное украшение с пояса. Опаловая капелька качается в воздухе, и фиолетово-синие глаза следят за ней не отрываясь, как загипнотизированные.